Александр Квочин

Август в тот год выдался на редкость тоскливым, словно природа заранее оплакивала уход лета. А в последние дни месяца небо и вовсе прохудилось, обрушив на землю нескончаемые потоки воды. Шестидесятивосьмилетний Степан Ильич, живущий на своей старой даче круглый год, давно привык к капризам погоды, но этот затяжной ливень тревожил даже его привыкшую к уединению душу. Дача была его крепостью и его добровольным изгнанием. Когда-то, в другой жизни, Степан Ильич был известен как гениальный краснодеревщик. Его руки чувствовали душу дерева, он умел разговаривать с материалом на одном языке, превращая грубые заготовки в изящные произведения искусства. Он занимался сложнейшей реставрацией антикварной мебели, возвращая к жизни предметы, казалось бы, навсегда утратившие свой блеск. Но времена изменились. Фабрика, на которой он проработал всю жизнь, закрылась, не выдержав конкуренции с производителями дешевой одноразовой мебели из прессованных опилок. А вскоре после этого ушла из жизни его люб