Мария Черненко

Это была не просто суббота. Это была «Великая Суббота» перед шестидесятилетием Галины Петровны — свекрови Ирины. В семейной иерархии этот день стоял выше Нового года, Рождества и дня взятия Бастилии вместе взятых. Ирина стояла на кухне, окруженная горами овощей, мешками с мукой и списками, которые Галина Петровна самолично набросала на трех листах А4. Нужно было приготовить холодец (который должен застыть идеально, без единой капли жира на поверхности), три вида салата (включая «тот самый» с перепелиными яйцами, которые нужно чистить ювелирно), запечь буженину, накрутить сорок пять голубцов и, конечно, испечь фирменный Наполеон из восемнадцати коржей. — Ирочка, ты же не забудешь, что в майонез для «Оливье» нужно добавить капельку горчицы? Но не магазинной, а той, что я вчера передала! — голос свекрови доносился из гостиной, где она вместе с дочерью Светланой обсуждала рассадку гостей. — Не забуду, Галина Петровна, — тихо ответила Ирина, вытирая пот со лба. — И мясо! Мясо нужно маринова

Это была не просто суббота. Это была «Великая Суббота» перед шестидесятилетием Галины Петровны — свекрови Ирины. В семейной иерархии этот день стоял выше Нового года, Рождества и дня взятия Бастилии вместе взятых. Ирина стояла на кухне, окруженная горами овощей, мешками с мукой и списками, которые Галина Петровна самолично набросала на трех листах А4. Нужно было приготовить холодец (который должен застыть идеально, без единой капли жира на поверхности), три вида салата (включая «тот самый» с перепелиными яйцами, которые нужно чистить ювелирно), запечь буженину, накрутить сорок пять голубцов и, конечно, испечь фирменный Наполеон из восемнадцати коржей. — Ирочка, ты же не забудешь, что в майонез для «Оливье» нужно добавить капельку горчицы? Но не магазинной, а той, что я вчера передала! — голос свекрови доносился из гостиной, где она вместе с дочерью Светланой обсуждала рассадку гостей. — Не забуду, Галина Петровна, — тихо ответила Ирина, вытирая пот со лба. — И мясо! Мясо нужно маринова