Татьяна Зотова (Денисова)

Рецепт этот родом из тех времён, когда еду ставили в русскую печь и уходили по делам: ничего не убегало, ничего не приставало… Сегодня печь заменяет духовка, но принципы остались. Здесь не нужно варить пшено, не нужно следить за молоком и мешать ложкой. Мы просто промываем пшено, заливаем кипятком, а потом складываем всё в форму и отправляем в духовку. Пока пшенник готовится, можно заняться своими делами – ничего мешать не надо. Главное – соблюсти пропорции и не пересушить: от этого зависит текстура. Готовый пшенник не будет рассыпаться, как каша, и не станет резиновым, как запеканка. Он получится плотным, но влажным внутри, с румяной корочкой и вкусом, который многим напомнит детство. Подавать его можно с маслом, сметаной, ягодами или сгущённым молоком – всё зависит от настроения. Полный список ингредиентов – в конце⤵ Берём 1 стакан (200 мл) пшена и тщательно промываем – не меньше 5–6 раз, пока вода не станет почти прозрачной. Это уменьшает горечь и помогает пшену хорошо раскрыться

Дорогие мои, я вот о чём думаю. Есть тайны, которые человек хранит десятилетиями — тщательно, аккуратно, выстраивая вокруг них целую крепость из официальных версий и красивых легенд. А потом приходит старая подруга, садится напротив камеры, открывает рот — и одной-единственной фразой рушит всё, что строилось годами. Именно это, судя по всему, и произошло с Кирой Прошутинской. И именно поэтому история, которую я сейчас расскажу, такая захватывающая. Потому что здесь никто ничего специально не разоблачал. Просто одна женщина говорила слишком много — и не заметила, как проговорилась. Начнём с того, что вопрос о происхождении Аллы Пугачёвой давно будоражит умы людей, которые не ленятся копать глубже официальных биографий. К сегодняшнему дню сложились 2 основные версии. Первая — что отца певицы на самом деле звали Борух Певзнер, и что он каким-то образом переоформил документы и превратился в Бориса Пугачёва. Версия есть, но доказательств — ноль. Только сплетни и домыслы. Серьёзно к ней отно