Любовь Кузнецова (Афанасьева)

Заявление лежало на столе. Подпись уже стояла – синяя, уверенная, без единого завитка. Глеб Тарасов, участковый врач амбулатории посёлка Ракитное, тридцать восемь лет, пятнадцать из которых провёл в этих стенах. Последний рабочий день. Он сидел в кабинете и смотрел на стену напротив. Краска облупилась до бетона, и в самой длинной трещине поселился тонкий рыжий подтёк – потолок протёк после позавчерашнего дождя. Он тянулся от потолка почти до середины стены, и Глеб уже третий год обводил его взглядом, как карту неизвестной реки. На подоконнике стоял электрический чайник с накипью внутри и кружка со сколом на ручке – скол появился в первый год работы, и Глеб всё собирался купить новую, но привык. Два стула для пациентов, обитые зелёным дерматином, который давно стал серым от тысяч спин. Кушетка с продавленным матрасом. Стетоскоп на гвозде, вбитом в стену ещё до него. Всё это он видел каждый день пятнадцать лет. И каждый день что-то внутри затихало – по миллиметру, незаметно, как тот подт