Плёнки и винил

Расскажу, как обычно, что посмотрел сериального в этом месяце... И что обо всём этом думаю. Многие хорошие люди рекомендовали посмотреть, но во всех описаниях присутствовали две вещи, которые я не переношу: супергерои и скабрезный юмор. Но решил попробовать первый сезон... Оказалось, создатели так же ненавидят супергероев, как я, и вовсю издеваются над ними. Да, физиологические фантазии какие-то безумные, и сатира часто неприятно выглядит, но история цепляющая, а насмешки над штампами поп-культуры и политикой так актуальны (по сути это антиутопия), что увлёкся. Жду теперь финала в апреле-мае. Этот красивый мультсериал тоже о девушке с необычными способностями: она смогла выйти за пределы потока времени и исправить прошлое. В сюжете переплетаются физика и шаманизм, научное и магическое. И всё с типичной семейной историей. Хорошо. По случайному совпадению ещё одно повествование о преодолении ткани времени, триллер по сценарию писателя Алекса Гарленда, медленный и гипнотизирующий. Но ожид

Ребятки, всегда делюсь тем, что читаю. Выбор у меня своеобразный, вкус не всех устроит, но в первую очередь фиксирую для себя: что о чём. Современные шедевры. Причём пересказ сюжетов не объяснит почему. Это такой магический реализм, где много быта и рядом открываются целые области необъяснимого. Тексты затягивают как болезненный сон. Буду читать другие книги авторов из этого цикла с общим названием «Метаморфозы». Это случай постмодернистской игры. Автор пересказывает языком викторианского романа (Конан-Дойл, Стивенсон...) сюжеты знаменитых кинотриллеров: «Терминатор» и «Нечто», миксуя их сюжеты с «Машиной времени» и «Войной миров» Герберта Уэллса соответственно. Если отнестись как к филологической игре, то вполне можно получить удовольствие. Есть ещё третья книга, но уже решил не знакомиться. Политическая сатирическая публицистика маститого писателя. Видно, что возраст даёт о себе знать. Мысли в основном самоочевидные, юмор натужный и вторичный. Толстенький культурный журнал, читал вп

В истории рока есть маленькая, почти незаметная деталь, которая многое объясняет. Когда-то без неё не обходилась почти ни одна группа. Сегодня она кажется лишней. Это слово из трёх английских букв – the. Посмотрите на 60-е: The Beatles, The Rolling Stones, The Hollies, The Who, The Doors... Артикль был обязательной частью рок-имени. Потом стало наоборот: Radiohead, Nirvana, Oasis. Никаких служебных слов. Чистое имя. Что изменилось? В Британии 60-х группа была прежде всего бандой. Рабочие районы Ливерпуля и Лондона, клубы, танцплощадки, конкуренция... The в английском значит «эти конкретные». Артикль создавал эффект узнаваемости и сплочённости. Он фиксировал группу как коллектив. The Beatles – не абстрактный символ, а «вот те самые парни». The Who – шутка: конкретные «эти кто». Ранний рок был коллективным искусством. Даже если в группе был лидер, имя принадлежало всем. В конце 60-х тональность меняется. Появляются Led Zeppelin, Black Sabbath, Deep Purple. Это уже не «компания ребят»

Январь 1976‑го. Зима в Нью‑Йорке – ледяные ветра с Гудзона, снег, который тает у обочин и снова замерзает под ногами. И Radio City Music Hall – сверкающий храм шоу‑бизнеса, где в эти дни должно было случиться нечто особенное. Deep Purple, одна из самых мощных рок‑машин своего времени, давала два аншлаговых концерта в знаменитом зале на Манхэттене. И по окончании шоу устроили закрытую вечеринку для себя и приглашённых. Но кто оказался среди гостей? Легенды, которые только что завершили свой американский цикл концертов: Джон Бонэм и Роберт Плант – ритм и вокал Led Zeppelin, взрывавшие арены своей мощью и харизмой. Празднование происходило на 64‑м этаже Рокфеллер‑центра – месте с панорамным видом на весь Нью‑Йорк. Джаз, шампанское, разговоры о музыке, гастролях и, возможно, о том, что рок‑музыка сейчас один из своих лучших периодов. Легенда, оставленная очевидцами и комментаторами эпохи, гласит: Джон Бонэм, немного подвыпивший, выбежал на сцену в конце концерта. Встал в центре, посмотрел

15 февраля 1973 года в Париже случилось событие, которое сегодня выглядит почти мифом: в одном зале встретились три главные силы немецкой космической музыки Ash Ra Tempel, Tangerine Dream и Клаус Шульце. Концерт оказался настолько бурным, что его пыталась остановить полиция – и проиграла. От того вечера остались редкие фотографии, газетные отчёты и фрагменты видеозаписей. Но даже по ним видно: это был один из ключевых моментов рождения европейской электронной музыки. Концерт под названием «Космическая музыка из Берлина» прошёл в театре Théâtre de l’Ouest и был организован французским журналом Actuel, главным европейским рупором контркультуры начала 70-х. Рекламы почти не было, но билеты распродали за месяц. В зал пришли около двух тысяч зрителей, среди них сотня международных рок-критиков. Ещё около пятисот человек остались за дверями: помещение оказалось переполнено ещё до начала. После выступления Tangerine Dream французская полиция попыталась остановить концерт из-за угрозы давки. В