Антифашистское движение

2 РАССКАЗА ИЗ РОДДОМА. С ЧЕГО НАЧИНАЕТСЯ РОДИНА?

Семья, род — тот тихий причал, та ценность, на которую должен опираться каждый человек, а вместе с ним и всё наше общество. В трудную минуту и радостный миг нам хочется поделиться переживаниями со своими родными, заручиться их мудрым советом и поддержкой. И появление на свет нового члена семьи для одних становится праздником, когда день рождения отмечают всем миром. А для других, к сожалению — начало большой трагедии.
Говоря о проблеме рождаемости, невозможно обойти стороной, что семья, как истинная ценность, всё чаще становится отражением потребительских приоритетов нашего мира, а отсюда и все наши беды.
На просторах Интернета мы нашли два рассказа из роддома от тех, кто там работает. Две разных эмоции, пробирающие до дрожи, и общее — о Любви, о маленьком беспомощном Человеке и ценности семьи.

История от акушерки.
Иногда у меня спрашивают — а какие они?
Мамы, что отказываются от своих детей. Все ли они асоциальны? Пьют беспробудно, употребляют разные вещества?
Мой ответ — НЕТ. Порой они выглядят абсолютно обычно, иной раз и не догадаешься, что спустя день после родов она тихо скажет: «С кем можно поговорить по поводу отказа?» И не все они просят не показывать детей.
Многие проводят с ними все положенные 4 дня вместе, в одной палате.
Помню, как пошла забирать бумаги отказные у одной мамочки — захожу в палату, а она… кормит грудью ребёнка, левой рукой придерживает, а правой отказ пишет. Не плачет, так как уверена, что поступает правильно. Ребёнок лежит и даже не знает, что через пару часов жизнь его изменится полностью — мать тихо прошмыгнёт на выход, а он останется с нами.
В момент выписки его унесли в детскую палату. Понял ли он, что его бросили? Понял. Но не сразу, только часа через 3. Он просто начал плакать без остановки и ни одни руки не могли его успокоить. Его носили все детские медсестры — а всё не мать, не её запах. Уснул, когда наплакался.
В детской палате, где лежат кесарские дети и отказник — отказника сразу видно. Это самый беспокойный ребёнок. Он всем нутром ищет мать, он зовёт ее из коридора, в надежде, что та стоит за дверью. Но мать не идёт — её и в здании-то уже нет, криков она не услышит.
Самая тяжёлая ночь у отказника — первая.
Потом ребёнок сникает, как сорванный цветок. Уже кричит, но не так часто. А потом его переводят и он уходит от нас навсегда.
Особенно страшно наблюдать это всё со стороны — я вижу, как вершится судьба двух людей. Вижу, а ничего сделать не могу. И я всё это помню, помню — хотя мне не надо. А вот ребёнку бы вспомнить потом лицо и голос матери — а он не сможет.
Была ли она асоциальной? Нет. Своё жилье, двое детей. Да, третий рождён без мужа.
Уговаривали ли мы оставить? Конечно! Но… Как об стену — «я финансово не потяну ребёнка».
И таких много, очень много!
Многодетные и бедные; молоденькие и до ужаса боящиеся своей родни. Многие даже не рассказывают своим родителям — настолько боятся.
Рассказывали в ординатуре, что одна из студенток нашего ВУЗа написала отказ от ребёнка, была на 5-м курсе. Не замужем, отец сказал, что на порог не пустит с "нагулянным". Уговаривали, могла же в другой город уехать с ребёнком — ну, мало ли! Развелась и всё — кто узнает? Нет, отказ и слёзы. Получила диплом, уехала.
Вернулась спустя год. Расспрашивала всех из персонала (откуда мы узнали-то), куда и как её мальчишка пропал. Говорила, что ходит и в каждом ребёнке своего сына ищет, всё примеряет, сколько ему сейчас. А как найдешь? Тайна усыновления, здоровый мальчик — сразу забрали в семью. Поискала, не нашла — уехала. Так и живёт теперь с дырой в сердце...
Много можно говорить о том, что женщины поступили плохо, но...
Не бросайте своих дочерей в трудную минуту! Они с детства должны знать, что дома примут! Хоть какую. Голодную, беременную, без мужа, без диплома и без работы.
Чтобы не было потом ещё двух поломанных судеб.