Рыцари тернового венца.

Казаков в Российской империи было много всяких-разных — донские, терские, уральские (бывшие яицкие), забайкальские и т.д. Одновременно существовали проекты по созданию новых казачьих войск (но было и царское расказачивание, наряду с образованием новых войск, процессы чередовались). Был и другой проект, довольно необычный. Речь о «персидских казаках». Не так давно Россия и Персия воевали, причём персы использовали на своей стороне отряд из русских дезертиров-перебежчиков («багадеран»). Считался на тот момент самым боеспособным во всей персидской державе. Но потом ситуация изменилась и теперь уже российские власти начали помогать персам в создании особой воинской части. Создание Персидской казачьей бригады стало одним из наиболее ярких примеров военно-политического сотрудничества Российской империи и будущего (официально государство станет так называться в 1930-е) Ирана в конце XIX — начале XX века. Это соединение не только сыграло заметную роль во внутренней истории Персии, но и стал

Октябрь 1917 года разрушил не только государственные устои. Он сломал традиционную семью, перекроил отношения между мужчиной и женщиной и породил феномен, который современники называли «походными женами». Добровольно или по принуждению, по велению сердца или от безысходности тысячи женщин отправлялись вслед за армиями — красными, белыми, зелеными. Их судьбы сложились по-разному. Одни обрели любовь и потеряли свободу, другие — власть и потеряли себя, третьи просто исчезли в жерновах Гражданской войны. Самая известная «походная жена» Белого движения. Анна Тимирёва познакомилась с адмиралом Александром Колчаком в 1915 году в Гельсингфорсе (ныне Хельсинки). Оба состояли в браке. Роман длился годами, вспыхивая при каждой встрече. Встретились вновь уже в Пекине, куда Колчак прибыл из Америки. Анна бросила мужа и сына, отправилась за адмиралом в Омск. Семейной жизни не получилось. Колчак, щепетильный в вопросах чести, старался не афишировать отношения. Тимирёва работала переводчицей при Сове

Душой Ледяного похода, главной движущей и пробивной силой, легендой стал генерал Марков. В белой папахе, в кожаной куртке, он шел впереди своего офицерского полка, по составу тянущего на батальон. Хотя был генерал-лейтенантом и начальником штаба фронта. Но все эти чины, должности остались в прошлом. Сейчас, 17 марта 1918 года перед ним лежала станица Кореновская. Красные окопались и оказывали серьёзное сопротивление, переходили в контратаки. Корниловский полк залег. Сам генерал Корнилов уже заявил: ночуем в степи. Но нет, генерал Марков поднял свои роты в еще одну атаку и лично повел их на окопы большевиков. К вечеру станица была взята марковцами. И это был далеко не единственный, не последний подвиг генерала Маркова в Ледяном походе. Да и само название «Ледяной» вошло в обиход после атаки марковцами под Новодмитриевской. Когда они, преодолев реку вброд, вышли в продуваемую ветром степь, и шинели их сковало льдом. И либо победа, либо смерть от мороза. И опять была победа. В общем, Мар

11 марта 1918 года из города Яссы на Дон двинулась бригада добровольцев. Два месяца пути, 1200 верст в условиях противодействия украинцев и красных отрядов и появление на Дону в решающий момент. Так родилась одна из легенд Белого движения. И породил ее полковник Дроздовский. Михаил Гордеевич Дроздовский родился 7 (19) октября 1881 года в Киеве. Отец Михаила происходил из разночинцев. В молодости поступил в армию. В осажденном Севастополе находился в чине унтер-офицера. Там же за храбрость произведен в прапорщики. И далее, уже после рождения сына, дослужился до генерал-майора. Сын генерала, Михаил избрал (или ему избрали) военную карьеру и в 1892 году поступил в кадетский корпус. Товарищи свидетельствовали, что кадет Дроздовский отличался ленностью в науках и изобретательностью в шалостях. «Дроздовский, под арест!» – часто раздавалось под сводами корпуса. В 1899 году Михаил окончил корпус и поступил в Павловское военное училище. Здесь у него также регулярно возникали конфликты с руковод

Новороссийская эвакуация марта 1920г. - чёрная страница белого движения, приобретшая трагедийных характер из-за разброда и шатания в донских и кубанских казачьих частях. Костяк Вооруженных сил Юга России – Добровольческий корпус отступал с Дона на Кубань в относительном порядке, но в общей сумятице и он понес большие небоевые и несанитарные потери. Беду мы видим на примере доблестной Дроздовской дивизии, чей 3-й полк остался большей частью на берегу. Продолжение ранее см. Новороссийская трагедия Белых. Спасение батальона дроздовцев. Остальные остались на берегу. 1920 Когда командир Добровольческого корпуса ген. Кутепов утром 14/27 марта на миноносце Пылкий рванул к восточному молу за отставшими частями, он не знал, что полк без третьего батальона уже ушел ночью пешком на Туапсе. Командир 3-го полка В.В.Манштейн потерял надежду погрузить полк и решил пробиваться по берегу. Потерявшая связь с полком часть 3-го дроздовского батальона сумела пробиться утром на французскую канонерку или ми

Гражданская война в России многими считается одним из самых жестоких и трагических периодов ее истории - братоубийственным конфликтом, разделившим страну на два лагеря. Однако не все полководцы в этой войне безжалостно стремились к победе любой ценой. Одним из офицеров, пытавшихся избежать ненужного кровопролития, был генерал Владимир Оскарович Каппель. Владимир Оскарович Каппель (1883-1920) происходил из дворянской семьи со шведскими корнями. Его отец, отставной офицер, с самого начала поддерживал его военную карьеру. Каппель сначала окончил Второй кадетский корпус, а затем перевелся в Николаевское кавалерийское училище, которое окончил в 1906 году с отличием. После окончания училища он был принят в армию корнетом, а затем произведен в подпоручики. Благодаря своим военным знаниям он получил место в престижной Академии Генерального штаба, которую окончил с отличием. В начале Первой мировой войны его сразу же перевели на фронт, где он проявил себя храбрым и стратегически мыслящим офицер