Владимир ВДВ

Он сидит в гримёрке загородного дома, перебирает старые фотографии и улыбается. Вот он, молодой, с гитарой, в прокуренном общежитии. Вот с Анной Тереховой — красивые, счастливые, только что поженились. Вот маленький Миша, его приёмный сын, которого он нянчил на руках. А вот Катя, его нынешняя жена, и дочка Нина — подарок судьбы, вымоленный у Бога в 45 лет. Николаю Добрынину 62. Для кого-то это возраст заката, но для него — время сбора урожая. Урожая, который он вырастил на руинах собственной жизни. — Я счастлив, — говорит он в интервью. — Хотя дорога к этому счастью была вымощена такими терниями, что и врагу не пожелаешь. Его сравнивают с Брэдом Питтом — они ровесники. Только Питт тратит миллионы на косметологов и тренеров, а Добрынин тратил годы на выживание. Голодное студенчество, работа в метро по ночам, брак с дочерью легендарной Миледи, усыновление чужого ребёнка, потеря дома, скитания по друзьям и — чудо, которое случилось, когда он перестал ждать. Это история не про актёра. Это

Он сидит в гримёрке загородного дома, перебирает старые фотографии и улыбается. Вот он, молодой, с гитарой, в прокуренном общежитии. Вот с Анной Тереховой — красивые, счастливые, только что поженились. Вот маленький Миша, его приёмный сын, которого он нянчил на руках. А вот Катя, его нынешняя жена, и дочка Нина — подарок судьбы, вымоленный у Бога в 45 лет. Николаю Добрынину 62. Для кого-то это возраст заката, но для него — время сбора урожая. Урожая, который он вырастил на руинах собственной жизни. — Я счастлив, — говорит он в интервью. — Хотя дорога к этому счастью была вымощена такими терниями, что и врагу не пожелаешь. Его сравнивают с Брэдом Питтом — они ровесники. Только Питт тратит миллионы на косметологов и тренеров, а Добрынин тратил годы на выживание. Голодное студенчество, работа в метро по ночам, брак с дочерью легендарной Миледи, усыновление чужого ребёнка, потеря дома, скитания по друзьям и — чудо, которое случилось, когда он перестал ждать. Это история не про актёра. Это