Ирина Tетерелева

-Иди, Олёша, я тебе оладушков спекла, скусные...с брусничьим вареньицем, будешь? -Не знаю, - Алёша пожимает плечами, - я в садик хотел, скучно дома. Там Вовка с Мишкой, крепость нашу разломают, а я строил, строил, ээх, - вздыхает мальчик. -Идём, я те чайку с душицей заварила, попьёшь и всё пройдёт, весь кашель твой. Берёт несмело Алёша пышный, горячий оладушек. -А почему он толстый такой? -А какой же он должен быть, сынок? -Тонкий, как в садике. -Так тонкие, это же блины, Олёша. -Да, нет же, Авдотья Карповна, это оладьи. -Ты, что же Олёша...ты почто меня по батюшке -то кличешь? Нечто мы чужие? Я ж твоему папаньке бабушка родная ну? Чего ты...И тебе я бабушка, бабушкой и зови, ну. -А кто это, папанька? -Папанька- то? Так-то Олёша, папка твой, Олежка. -А почему ты к нам приехала? -Ну так...жить с вами буду, папа твой порешал так, стара я стала, Олёша, глаза не видют, руки уже не чепляют ничего. -А почему, моя мама тебя не любит, она говорит тёте Кате, что ты старуха тёмная... -Так, а