Олег Карпов

В современной речи мы привыкли к узкому набору грубых слов. Но древнерусский язык и региональные диалекты были куда богаче на «обидные» определения. Наши предки умели припечатать словом так, что это звучало как приговор, но при этом невероятно поэтично. Разделим наш список на «номинации», чтобы было удобнее выбирать эпитет для соседа (шутка!). Если мужчина не пропускал ни одной юбки, его не называли «бабником». Звучало всё гораздо интереснее: • Балахвост — классический волокита. • Блудоум — не просто гуляка, а человек, у которого «ум за разум зашел» на почве амурных дел. • Буслай — лихой мот и любитель погулять за чужой счет. • Бзыря — бешеный повеса, который не может усидеть на месте. Для дам в древнерусском словаре тоже находились острые определения: • Баба ветрогонка — вздорная особа, у которой ветер в голове. • Визгопряха — так ласково (или не очень) называли непоседливых девчонок, которым не сиделось за прялкой. • Вяжихвостка — идеальное слово для сплетницы. Та, что «вяжет» хвосты