Виталий Шустов

С Ромкой случилось у них… Впервые – и у неё, и у него. А как случается, когда ей – семнадцать, а ему – едва за восемнадцать… Несмелым, стыдливым первоцветом. Потому и вздрагивала Людочка, и хотелось руками закрыться – от слов, что больно хлестали. А Валюша, старшая сестра, возмущённо и беззастенчиво – при матери и крёстной – сыпала упрёками: -А никто тебя не учил, – чтоб с мужчиной… до свадьбы! Чтоб жить с мужчиной – до свадьбы! Какое – жить… И было-то – три раза. Последний – перед той Ромкиной сменой, когда в шахте произошёл внезапный выброс угля. И вспоминалась – лишь их стыдливость. Неясное желание ласки всколыхнулось после головокружительно долгого поцелуя… и бесстыдных прикосновений сильных рук Андрея… И хотелось его силы… и боялась. И стыдно было… – когда он поднял футболку и… очень бережно трогал губами… А он чувствовал, что она боится, и сдерживал своё желание. Негромко сказал: - Не надо сейчас… Я провожу тебя. У двери её комнаты повторил: - Не надо… Она виновато прошептала: -