Нина Алексикова

История банальная . Конец зимы, едем на дачу откидать снег от домика. Температура на улице была примерно минус десять градусов. Поехали утром и на подъезде к кладбищу, через которое проходит дорога, увидели свежие следы на снегу и коробку. Странная была ситуация. Свежий снег. Пустые баки и коробка возле них. Это была суббота. И многие ехали на дачу в этот день. К сожалению снять не смогли на фото, потому что как раз разрядился телефон. Мы знаем что именно сюда часто выбрасывают животных... Как и в этот раз! Мы просто решили проверить, тк уже был печатный опыт! Оказалась коробка с котятами! Уже на даче мы сделали фото. Оказались два мальчика и одна девочка. Малыши сначала сидели смирно, когда отогрелись, после еды, стали вылазить. Самый активный был полосатик. Назвали его Матроскин. Девочка серенькая с рыжими пятнышками. Очень напугана. До сих пор боится. Назвали её Ариэль, как принцесса из мультика. Коробку эту решили оставить им, именно в ней они и живут сейчас. Коробка большая.

Ночь опустилась на трассу внезапно, как это бывает в декабре — только что небо было серым, сумеречным, и вот уже тьма, густая, вязкая, как дёготь, залила всё вокруг. Фары старой «Нивы» выхватывали из мрака жёлтый конус — разбитый асфальт, обочину с пожухлой травой, голые ветки придорожных тополей. И больше ничего. Ни встречных машин, ни огоньков вдали, ни признаков жизни. Алексей Иванович ехал уже второй час. Спина затекла, глаза слипались, но он упрямо вёл машину, вцепившись в руль побелевшими пальцами. Домой? У него не было дома. В город? Там его никто не ждал. Он просто ехал — куда глаза глядят, лишь бы не останавливаться, лишь бы не думать, лишь бы не вспоминать. Пятьдесят три года — возраст, когда жизнь уже прожита, а впереди только доживание. Он отработал тридцать лет на заводе, вырастил сына, похор..нил жену. Сын вырос, уехал в столицу, звонил раз в месяц — сухо, по-деловому: «Как здоровье, отец? Деньги нужны?» Нет, не нужны. Ничего не нужно. Только, может быть, чтобы кто-то

Егорке исполнилось три года, когда врачи поставили ему диагноз «аутизм». А на одном из медосмотров внимательный ортопед обратил внимание, что икроножные мышцы мальчика неестественно большие, и предложил сдать анализы. - Анализы показали, что у него страшное генетическое заболевание - мышечная дистрофия Дюшенна. Первая реакция - отрицание: этого не может быть. Мы пересдали анализы в другой клинике, но они подтвердили диагноз, - вспоминает мама Егора Татьяна Баркарь. Вот тогда стали понятны причины «утиной» походки сына и нежелания носиться во дворе вместе со сверстниками. А еще оказалось, что аутистические особенности тоже связаны с этим диагнозом, точнее, они - одно из его возможных следствий. Но это было не самым страшным. Мышцы мальчика постепенно слабели, и ему грозило сначала инвалидное кресло, а потом - недолгая жизнь с аппаратом ИВЛ. Врачи разводили руками - лекарства от вашей болезни пока нет. - Но я не прекращала верить в чудо. И оно случилось. Мы увидели сюжет про фонд «Круг д