Выражение употребляют многие, но не все знают, что строки

А жизни нет конца, и цели нет иной,
Как только веровать в рыдающие звуки,
Тебя любить, обнять и плакать над тобой!
принадлежат Афанасию Фету и являются частью одного из самых лиричных его стихотворений «Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали…».
Татьяна Кузминская, сестра супруги Л. Толстого, в воспоминаниях описывает вечер, проведённый в усадьбе Черемошны Д. Дьякова, приятеля писателя, на котором в числе прочих присутствовал Фет. На вечере много музицировали, Татьяна исполняла романсы, заслужив одобрение Афанасия Афанасьевича, любившего музыку и тронутого исполнением.
✍На другое утро, когда мы все сидели за чайным круглым столом, вошёл Фет и за ним Марья Петровна с сияющей улыбкой. Они ночевали у нас. Афанасий Афанасьевич, поздоровавшись со старшими, подошёл молча ко мне и положил около моей чашки исписанный листок бумаги, даже не белой, а как бы клочок серой бумаги.
— Это вам в память вчерашнего эдемского вечера. <…>
Этот листок до сих пор хранится у меня. Напечатаны эти стихи были в 1877 году — десять лет спустя после моего замужества, а теперь на них написана музыка. Стихи несколько изменены. Приведу текст, который был мне поднесён:
опять
Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали
Лучи у наших ног в гостиной без огней.
Рояль был весь раскрыт, и струны в нём дрожали,
Как и сердца у нас за песнию твоей.
Ты пела до зари, в слезах изнемогая,
Что ты одна – любовь, что нет любви иной,
И так хотелось жить, чтоб только, дорогая,
Тебя любить, обнять и плакать над тобой.
И много лет прошло, томительных и скучных,
И вот в тиши ночной твой голос слышу вновь.
И веет, как тогда, во вздохах этих звучных,
Что ты одна – вся жизнь, что ты одна – любовь,
Что нет обид судьбы и сердца жгучей муки,
А жизни нет конца, и цели нет иной,
Как только веровать в ласкающие звуки,
Тебя любить, обнять и плакать над тобой.✍
Автор: Я люблю русский язык!