Лариса Львова

Церковь — не лекарство, она — часть болезни. Она не поднимает дух, она его ломает, заменяя живую связь с Творцом на послушание, радость — на страх, свободу — на ожидание спасения от кого-то другого. А ведь Иисус учил иначе: «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк 17:21). Не в храме, не в ритуалах. Внутри. И путь к нему не требует посредников. Духовный кризис Общество переживает глубокий духовный кризис: бездуховность, утрата смыслов, отсутствие идеологии. В попытке исправить ситуацию государство вкладывает средства в строительство храмов, возрождение религиозных праздников, введение основ православной культуры в школах и повышение статуса духовенства. Это попытка возродить триаду XIX века - православие, самодержавие, народность, то есть церковь пытаются использовать как инструмент для укрепления морали и национального духа. Церковь как инструмент контроля, она не стала духовной опорой Однако эта триада не работала уже тогда, потому что народ ненавидел угнетателей – церковь и самодержавие.

Тишина, которую украли Спросите любого человека, что нужно, чтобы услышать другого. Ответ очевиден: нужно замолчать. Нужно перестать говорить самому, чтобы услышать то, что говорит другой. Спросите, что нужно, чтобы почувствовать тонкое, едва уловимое. Ответ: нужно успокоиться. Перестать суетиться. Перестать шуметь внутри и снаружи. Спросите, что нужно, чтобы ощутить связь с чем-то большим, чем ты сам. Ответ: нужна тишина. Нужно пространство. Нужно, чтобы ум перестал галдеть. Это знает любой ребёнок. Это знали наши предки. Это знают все, кто хоть раз выходил в поле ночью, смотрел на звёзды и чувствовал, как что-то огромное, древнее, живое касается души. Тишина. Просто тишина. Полная, глубокая, священная тишина. И ничего больше. Священное безмолвие — это не просто отсутствие звуков. Это состояние, когда ум останавливается. Когда замолкает внутренний диалог. Когда перестают мелькать мысли, оценки, страхи, желания, воспоминания, планы. В этом состоянии ты не думаешь о Боге — ты чувствуешь

О том, как нам внушили, что мы больны, чтобы продать лекарство Представьте, что к здоровому человеку приходит врач и говорит: «Вы тяжело больны. Если не начнёте лечиться немедленно — умрёте». Человек в панике: «Чем я болен?» Врач отвечает: «Вы рождены больным. Это врождённое. Никто не здоров. Все больны. Вы — грешник». Человек не чувствует боли. Не чувствует недомогания. Он здоров. Но ему внушают, что он болен. Внушают так долго, так настойчиво, так страшно, что он начинает верить. И тогда врач предлагает лекарство. Не бесплатно, конечно. И не один раз. Всю жизнь. Потому что болезнь неизлечима. Можно только поддерживать. Это и есть история «спасения». Сначала человеку внушили, что он болен. Что он грешен от рождения. Что он недостоин. Что он уже должен. Что он уже виноват. Что без спасения он погибнет навечно. А потом предложили спасение. Как лекарство. Как единственный выход. Как дверь, которая открывается только через них. Но что, если болезни нет? Что, если человек не нуждается в сп