Мария Шкуратова (Рудович)

— Мам, ну нельзя вот так, — раздражённо сказал Илья, открывая дверь и увидев на пороге мать с авоськами. Инна замерла в прихожей, придерживая Мишу, который тянулся снять шапку. — А что такого? Я просто борщ сварила, компот поставила. Что, нельзя побаловать семью? — Галина Петровна прошла в кухню, будто была у себя дома. На плите уже булькало, запах сала и лаврового листа тянулся по квартире. Инна молча поставила сына на пол и помогла стянуть сапоги. Мальчик завозился, пошёл в комнату, а Инна, всё ещё в куртке, подняла крышку кастрюли — внутри был наваристый борщ на сале, с толстыми каплями жира на поверхности. — Мы жирное не даём Мише. Вы же знаете, — голос её звучал спокойно, но твёрдо. — Да он не умрёт от одного половничка. — свекровь махнула рукой и достала ложку. Инна достала из холодильника заранее сваренный куриный бульон, перелила в детскую тарелку. — У нас есть свой суп. Заберите, пожалуйста, борщ домой. Мы не будем его есть. Галина Петровна уселась за стол, лицо стало жёстким.