Людмила Кулиш

5 марта 1953 года Москва прощалась со Сталиным. Толпы у Колонного зала, давка, слёзы и страх. В мастерских и редакциях люди работали как всегда — по проверенным шаблонам соцреализма. Идеальные сталевары, счастливые колхозницы, вождь как центр огромной страны. Кисти служили системе. Многие уже не помнили, как это — рисовать или писать то, что чувствуешь на самом деле. Через год всё стало меняться. В 1954-м в журнале «Знамя» вышла повесть Ильи Эренбурга «Оттепель». Тираж разлетелся за один день. Люди читали историю про директора завода — деспота и карьериста, про художника, который устал лгать в своих картинах, про личные драмы, которые раньше просто не существовали на страницах советской литературы. Эренбург позже сказал, что главным героем книги была сама оттепель. Одно слово стало названием целой эпохи. До 1953-го искусство существовало в жёстких рамках. Соцреализм требовал показывать жизнь не такой, какая она есть, а такой, какой она должна быть по версии партии. После смерти Ст

В издательстве «Альпина нон-фикшн» вышло исследование Чайны Мьевиля «Октябрь. История русской революции». Среди героев — сибирский старец Григорий Распутин, один из самых популярных персонажей русской истории. Рассказываем о том, почему он один из важных персонажей книги. Главной причиной революции 1917 года Чайна Мьевиль считает недостаток доверия к царской власти. Трон был унаследован Николаем II, «образованной пустышкой, заполненной предрассудками своего окружения». А окружение вызывало не меньше опасений — при дворе оказался Григорий Распутин, которого называли «безумным старцем». По мнению Мьевиля, Распутин не был ни безумным, ни старцем, но «рупором старой, простой, монархической России и одновременно провидцем, пророком, целителем». Старец вызывал раздражение народа и даже самых преданных придворных не только из-за неотесанности и подозрения в мошенничестве, но и из-за подозрительной близости с императрицей Александрой Федоровной. Мьевиль отмечает, что царица боготворила Распути