Светлана Жалова (ГУРЖИЕНКО)

Цыганку затолкали в камеру к закоренелым преступницам. Охранники хохотали в голос: «Сейчас её разорвут!» Но их смех оборвался, когда она взяла за руку начальника колонии... и то, что произошло дальше, заставило побледнеть даже стены... Фургон трясло на кочках, и прогнившие металлические листы звенели, словно колокола перед набатом. В углу, прислонившись спиной к холодному железу, сидела Василиса и смотрела через узкую щель в двери. За двойной сеткой раскинулась бескрайняя февральская равнина, пересечённая тёмными полосами влажного леса, а небо висело так низко, что казалось, вот-вот ляжет прямо на крышу, давя своей серой тяжестью. Она уже четвертые сутки в пути. Сначала этап из следственного изолятора областного центра, где три месяца провела в одиночной камере, потом пересыльная тюрьма с резким запахом карболки и хлебных крошек, затем снова дорога — теперь к этой, конечной точке маршрута. В машине находились пятеро женщин, но они молчали, и Василиса была благодарна за тишину. Она знал