Андрей Баранов

Свободного времени у курсантов было не много. Однако, когда оно появлялось, мы обычно тянулись к прекрасному – в нашем случае к телевизору. Когда мы только надели форму, нас на две недели буквально отрезали от окружающего мира. Мы, совершенно ошалевшие, отрабатывали «подъём-отбой», причём не только вечером, но и посреди дня; по сигналу «пожар в роте» эвакуировали прикроватные тумбочки и кровати на улицу; погибали от жары на плацу, топча сапогами раскалённый асфальт. Когда нам давали десять минут перекурить, мы врывались в близлежащую роту, забегали в умывальник, набирали полные кепки холодной воды и выливали себе на голову. Все посторонние мысли о «гражданке» и женских прелестях вылетели из головы сами собой, безо всякого чая с бромом. Думать об этом было просто некогда. И вот, через две недели, нам около восьми часов вечера разрешили включить минут на десять телевизор. Мы сидели, и, затаив дыхание смотрели, как комбайны засыпают зерно в закрома Родины. Казалось, не было на Земле в тот