Раиса Чурсина (Алексенцева)

За долгие годы на даче я понял одну простую, но очень важную вещь. Цветы – это живые существа с характером. Одному вполне света и редкого полива, а другому подавай особые условия, иначе будет сидеть, как обиженный. И чем старше становлюсь, тем яснее понимаю, что зима для цветов – это самый коварный период. Именно в январе решается, будут ли они весной стоять пышными, живыми, с бутонами, или же так и останутся чахлыми «веничками». Герань вроде живая, листья есть, а цветения нет. Фиалки розетки нарастили, но бутонов не дождёшься. Азалия вообще словно в спячку ушла. Поливаешь, ухаживаешь, а толку ноль. И тогда в голове один вопрос: чего им не хватает? Январь для комнатных растений – тяжёлое испытание. Света мало, день короткий, батареи сушат воздух, корни работают вяло. Цветок вроде жив, но сил у него почти нет. А мы часто думаем: зима, пусть отдыхает. Вот тут и кроется главная ошибка. Растение не «отдыхает», оно выживает. Оно экономит силы, замедляет обмен веществ и перестаёт формирова

За долгие годы на даче я понял одну простую, но очень важную вещь. Цветы – это живые существа с характером. Одному вполне света и редкого полива, а другому подавай особые условия, иначе будет сидеть, как обиженный. И чем старше становлюсь, тем яснее понимаю, что зима для цветов – это самый коварный период. Именно в январе решается, будут ли они весной стоять пышными, живыми, с бутонами, или же так и останутся чахлыми «веничками». Герань вроде живая, листья есть, а цветения нет. Фиалки розетки нарастили, но бутонов не дождёшься. Азалия вообще словно в спячку ушла. Поливаешь, ухаживаешь, а толку ноль. И тогда в голове один вопрос: чего им не хватает? Январь для комнатных растений – тяжёлое испытание. Света мало, день короткий, батареи сушат воздух, корни работают вяло. Цветок вроде жив, но сил у него почти нет. А мы часто думаем: зима, пусть отдыхает. Вот тут и кроется главная ошибка. Растение не «отдыхает», оно выживает. Оно экономит силы, замедляет обмен веществ и перестаёт формирова