Сергей Думин

Сегодня историки уделили много внимания 70-летнему юбилею ХХ съезда КПСС, на котором с разоблачениями Сталина выступил Первый секретарь ЦК Компартии Никита Хрущёв. Конечно, это было важное событие в жизни страны, имевшее далеко идущие последствия. Однако не менее драматическую роль в нашем прошлом сыграл и другой партийный съезд – XXVII, прошедший 40 лет назад, в конце февраля 1986 года… Вы ещё не с нами в Telegram? Подписывайтесь, всё самое интересное тут! Вот об этом съезде наши историки почему-то не вспоминают. А зря – ибо как раз после него в стране по-настоящему стартовала разрушительная перестройка. На первый взгляд, тогдашний Генеральный ЦК КПСС Михаил Сергеевич Горбачёв выступил на съезде с банальной и довольно серой казённой речью об «успехах социализма», к которой наши граждане привыкли за все предшествующие годы. Однако американские политики увидели совсем другое. По их наблюдению, «марксистско-ленинская идеология в этом докладе была почти полностью выброшена за борт...» Что

Сказать, что церковь просто “не любила” Масленицу, — значит слишком смягчить вопрос. На самом деле между церковной дисциплиной и Масленицей веками шла настоящая борьба за право определять, что делать человеку на пороге весны: каяться, смиряться, готовиться к посту — или шуметь, есть, горланить, кататься, ряжениться, переворачивать социальный порядок и встречать перелом года так, будто земля и солнце важнее любого устава. И самое неприятное для официальной религии состояло в том, что Масленица оказалась сильнее, чем выглядела. Britannica прямо называет Масленицу древнейшим русским народным праздником и указывает на её языческое происхождение. Вот почему церковь так долго и так зло с ней воевала. Не потому, что на столе были блины. И не потому, что люди слишком громко веселились. А потому, что Масленица жила по законам, которые церковь не создавала. Это был праздник, в котором народ ощущал себя не стадом прихожан, а участником космического перелома: зима уходит, солнце возвращается, тело