Галина Алексеенкова

Николай Петрович, ветеран афганской войны, сидел за рулём своей старенькой «Оки» с ручным управлением и смотрел на убегающую за окно трассу. Мысли текли медленно, как смола, возвращая его в прошлое. На старости лет он часто позволял себе это — погружаться в воспоминания. Много их накопилось за жизнь, всяких разных. Хорошо, что тёплые всё-таки перевешивали. Он не помнил родителей. До восемнадцати лет рос в детском доме. В те времена с этим было строго — порядок, дисциплина, регулярные проверки. Воспитатели следили, чтобы дети не болтались без дела. Кружки, секции, самодеятельность. Коля выбрал спорт. Футбол, лёгкая атлетика, турник — всё давалось легко. Организм был здоровый, выносливый, как у настоящего сибиряка. Талант не остался незамеченным — парня отправляли на соревнования, откуда он регулярно привозил грамоты и медали. В детдоме тогда устраивали настоящие праздники: чаепитие с пирогами, поздравления, гордость за своего чемпиона. После выпуска Коля попал прямиком под призыв. Он не

В жизни Федор стал большим человеком, было это в семидесятых-восьмидесятых годах, занимал пост в министерстве строительства, сам пробил себе дорогу. Помог встать на ноги младшему брату и сестре. Федор уже сейчас сам пожилой, но каждый год приезжал в родное село к родным могилам родителей. И вот он вновь здесь. Выйдя из машины, оглядывал луга и просторы, смотрел вдаль и думал: - Пока человек чувствует запах земли, ветра, пока память тревожит душу и сердце, пока думает о долге перед этой памятью, значит он счастлив. Я всегда помню, как говорил отец: «Был бы мир на земле, да хлеб на столе». Побывав на могилах матери и отца, он вышел за ворота кладбища и поехал в село, захотелось побывать на том месте, где стоял их дом. Сейчас здесь все поросло травой, только погнившие бревна, да остов от печки. Глаза повлажнели, воспоминания всплыли, вспомнилось, как отец учил его косить траву, когда он был уже подростком. Как раз был разгар лета, июль стоял жаркий и сухой, поэтому односельчане старались