Прасковья СИМАКИНА (Балабан)

-Катюш, там Петя к тебе заедет, поводи его по больницам дочь. -Алё, мама, добрый день, какой ещё Петя? -Ой, Катюшка и тебе привет. Да сосед, Дмитриев, дядя Петя...Наталья -то его... Катя уже не слушала, она просто положила трубку и смотрела в окно. Она две недели, как не дома. -Катерина, ты чего такая? Тебя сегодня выписывают? - шустрая старушка, быстро- быстро семеня ножками, ставит на тумбочку стакан, а мне может тоже...освобождение, сыну наказала, чтобы с работы не отпрашивался, чай не барыня, да и телефоном умею пользоваться, уж такси -то себе вызову. Катя улыбнулась, тётя Нина, соседка по палате, была таким живчиком, от неё шла доброта и тепло. -Я поняла, ты не хочешь с нами расставаться, правда? Мы так сдружились все, но мы же обменялись телефонами, будем общаться, Катюшка. Катя вдруг посмотрела на тётю Нину и...расплакалась, некрасиво, по - детски кривя губы. -Господи, детка, - тётя Нина села на кровать к Кате, - да что с тобой, плохо что -то? Катя замотала головой. -Да нет, ни

– Мам, ты не представляешь, какая сейчас ситуация на рынке, – Максим нервно перебирал стопку распечаток, то складывая их ровной стопкой, то снова раскладывая веером по кухонному столу. – Цены скачут каждую неделю. Если сейчас не внесем первоначальный взнос, эту квартиру уведут из-под носа. Лидия подвинула к сыну чашку с остывающим чаем и присела напротив. На распечатках мелькали планировки, цифры, графики погашения. Трехкомнатная в новостройке, детская для Тимофея и Софьи, наконец-то отдельные комнаты. – Сколько не хватает? – Восемьсот двадцать тысяч. – Максим потер переносицу. – Я знаю, что это много. Но Анька уже места себе не находит, дети растут, а мы все по съемным углам... Лидия смотрела на сына и видела того мальчишку, который когда-то приносил ей букеты из одуванчиков. Тридцать два года, двое детей, а морщинка между бровей все та же, как в детстве, когда он переживал из-за несделанных уроков. – У меня есть накопления. На счету лежат. – Мам, я верну, честно. Как только уст