Валентина Морозова

Он произнёс это между делом. Мимоходом. Как будто речь шла о кастрюле или старом пледе. Катя стояла посреди коридора и смотрела, как он застёгивает чемодан. Тот самый, который они купили перед поездкой в Турцию семь лет назад. Тогда она ещё думала, что они будут вместе навсегда. – Рада, ко мне, – позвал Олег. Овчарка не пошла. Она сидела у ног Кати и смотрела на хозяина спокойно, без суеты. – Рада! Собака встала. Подошла к нему. Обнюхала чемодан и вернулась обратно к Кате. Олег усмехнулся: – Ничего. Привыкнет. Он взял поводок с крючка и пристегнул к ошейнику. – Это же моя Рада, – тихо сказала Катя. – Наша, – поправил он. – Общая собака. Я тоже к ней привязался. В голосе не было привязанности. Совсем. Там было что-то другое – что хочет причинить боль и знает, где ударить точнее всего. Рада растерянно оглянулась на Катю. И дверь закрылась. Катя потом долго стояла в коридоре. Смотрела на пустой крючок, где раньше висел поводок. На миску у порога, он не взял миску, забыл или не посчитал ну

В «Преданном сердце» живут более 80 котят. Кого-то из них спасли волонтёры, других подкинули в приют. Каждый день малышей нужно правильно и сытно кормить. Давайте вместе пополним запасы корма для маленьких хвостов! «Флейту, Домбру, Смычка и Рожка оставили в мусорном ведре на улице в конце декабря. Все вокруг готовились встречать Новый год, а малыши пищали и замерзали. К счастью, их писк услышали проходящие мимо студенты. Они спасли котят и передали их нам», — рассказывает Аня, волонтёр приюта «Преданное сердце». Котята были совсем крошечными, самый маленький весил чуть больше шестидесяти граммов, остальные — по восемьдесят. Ветеринары предполагают, что им около недели. Совсем недолго они жили с мамой, а потом их забрали. Сейчас Флейта, Домбра, Смычок и Рожок активно растут и набирают вес. В приюте их каждые два часа кормят из бутылочки детской кошачьей смесью — специальным молоком. Через несколько месяцев все четверо перейдут на корм для котят. В «Преданном сердце» живут ещё восемьдеся

На разных маршрутах нашего города стали замечать одну и ту же крупную собаку, которая спасалась от холода в тепле общественного транспорта. Раньше собака была домашней, но хозяин песика умер, и теперь бывший друг заходит в общественный транспорт и ездит по маршрутам "зайцем". Пёс спокойный, дружелюбный, уже узнаёт постоянных пассажиров, а люди иногда подкармливают его. Каким бы добрым пёс не казался, саратовцы переживают, что такая жизнь может закончиться плохо, и просят волонтёров найти собаке дом или хотя бы временную передержку. Недавно нашёлся человек, готовый забрать пса в частный дом , однако зоозащитники сообщили, что этот адрес находится в их "чёрном списке": потенциальный хозяин ведёт асоциальный образ жизни и не сможет обеспечить животному нормальные условия. Поиск нового ответственного хозяина пока продолжается. Но стоит признать, что поиск хозяина будет очень трудным---пес крупный и беспородный. По факту---частный дом для него был бы самым настоящим подарком судьбы. Я ч

Мария стояла во дворе чужого дома и смотрела, как Тамара Николаевна ведёт Волка к калитке. Апрель, слякоть, серое небо. Частный дом на окраине - деревянный забор, яблоня во дворе, будка у сарая. Хорошее место. Лучше, чем съёмная квартира, где хозяин категорически против животных. – Не переживай, – сказала Тамара Николаевна. – Я давно собаку хотела. Буду заботиться. Тут двор большой, бегать есть где. Ему понравится. Мария кивнула. Хотела сказать что-то, но не смогла. Волк обернулся. Смотрел на неё и не понимал, почему она стоит там, а он здесь. Почему она не идёт за ним. Четыре года вместе. Каждый вечер он ждал её у двери, каждое утро провожал до порога. Когда она болела - лежал рядом, не уходил. Когда плакала после развода - клал голову ей на колени и смотрел снизу вверх. Теперь - чужой двор. Чужая хозяйка. – Мне пора, – выдавила Мария. Она развернулась и пошла к машине. Не оглянулась. Знала - если оглянётся, заберёт его обратно. А забирать некуда. Новая квартира съёмная, хозяин жёстки