Александр Фанграт

Славянский праздник Вербохлёст не имеет ничего общего с христианством. После крещения Руси, которое не было одноразовым актом, а растянулось на десять веков, вплоть до 1917 года, церковь пошла по пути адаптации, скрыв истинный смысл славянского торжества под покровом христианского праздника, посвящённого въезду Иисуса Христа в Иерусалим. Поскольку в Палестине, где происходили евангельские события, верба никогда не росла (там использовали пальмовые ветви), а пальмы не могут произрастать в климате Руси, церковь для удобства «подмены» оставила главный символ языческого праздника — веточки вербы. Так древний славянский праздник был органично вписан в новый религиозный контекст вместе с названием – вербное воскресенье. При этом важно отметить, что в Библии нет никакого божественного предписания освящать ни пальмовые, ни ивовые ветви. Этот обряд чисто для подмены понятий. Вы, конечно, скажете, а как же Вход Господень в Иерусалим. Конечно, эти события были, но величайшее неуважение к Иисусу п

Каждый раз, когда вы открываете «бесплатное» приложение, где-то в Кремниевой долине улыбается аналитик данных — потому что вы только что заплатили ему своим вниманием, привычками и, возможно, будущими решениями. Мы живём в эпоху, когда самая изощрённая форма эксплуатации маскируется под щедрость, а самый дорогой товар раздают даром. И нет, это не парадокс — это бизнес-модель, которая превратила человечество в крупнейший источник сырья со времён открытия нефтяных месторождений. Давайте начистоту: вы знаете, что ваши данные собирают. Вы даже киваете на эту банальность с видом человека, который «всё понимает». Но между интеллектуальным признанием факта и реальным осознанием его последствий лежит пропасть размером с капитализацию Google. И в этой пропасти обитают наши когнитивные искажения — те самые баги мышления, которые корпорации научились эксплуатировать с хирургической точностью. Когда экономисты XIX века рассуждали о ресурсах, они имели в виду уголь, железо, хлопок — осязаемые вещи,