Психолог пишет ... | Юлия Легостаева

Пятого числа каждого месяца Маша грустно несла свою зарплату в банк. Она уже и не помнила, когда в последний раз видела эти деньги. Получала — и сразу относила. И переводила всю целиком на ипотеку. Когда покупали квартиру, они с мужем договорились так: её зарплата уходит на погашение кредита, его — на всё остальное. Коммуналка, продукты, дети, накопления. На карточке после перевода — ноль. Все сервисы в телефоне давно привязаны к карте мужа. Озон, доставка продуктов, такси — всё на нём. Антон снимал немного наличных и переводил Маше на хозяйство. И вроде бы всё было нормально, удобно и логично, но почему-то Маше было обидно. Маша знала, что Антон копит. Они хотели поехать в отпуск летом, и на чёрный день он откладывал. Но она давно не спрашивала, сколько там на счетах. Доступа у неё не было, и она в принципе не просила. Старалась тратить поменьше. Не покупать всякую ерунду. Жить максимально скромно. И в этот момент, выходя из банка, она вдруг так остро захотела неподотчётных денег. Что

Бывало такое, что пары, которые были у меня на семейной терапии, жаловались: их жизнь потеряла остроту, и им стало скучно после окончания терапии. А дело всё в том, что они научились за это время говорить друг с другом спокойно и их постоянные скандалы сошли на нет. И вот тут возникла проблема: нет скандалов — нет стресса, нет удовольствия. Сейчас постараюсь подробно рассказать, почему так происходит с научной точки зрения. Почему стресс может быть «кайфом»? Химический коктейль Всё дело в удивительном взаимодействии двух систем: стресса и удовольствия. Когда вы попадаете в острую, но безопасную (ключевое слово!) стрессовую ситуацию, в организме происходит выработка двух видов гормонов. 1. Адреналин. Сначала, в ответ на угрозу (например, скандал или крутой спуск на американских горках), выбрасывается адреналин. Сердце колотится, дыхание учащается, чувства обостряются. Это само по себе мощный стимулятор. 2. Дофамин. И тут происходит самое интересное. Если мозг понимает: «Опасность была,

Маша мерила уже шестое платье и чувствовала себя одновременно выжатой и очень несчастной. Впереди было 8 марта, муж подарил деньги на новый наряд, на работе собирались отметить праздник с размахом и снимали кафе. А на Машу не налезало уже шестое платье. С грустным вздохом она стащила с себя темно-синее, красивое, с блёстками по подолу и вырезом лодочкой, но безнадёжно узкое в бёдрах платье и натянула свои привычные серые джинсы. Поймала на выходе из магазина презрительный взгляд продавщицы и чуть не заплакала. Может, срочно сесть на диету? Но при мысли о гречке и кефире она чуть не взвыла. На улице моросил дождь. Маша дошла до ближайшей остановки, промокла и уселась ждать автобус. «Толстая корова. Скоро сорок, надо уже смириться и носить балахоны. Зачем я вообще пошла в этот магазин?» А перед глазами так и стояла её подруга Лиля — в свои 36 всегда как из салона причёсанная и одетая. И размер у неё был, наверное, 42, не больше. Маша ей ужасно завидовала, но при этом восхищалась — ей так

Суббота началась с того, что Маша открыла глаза и сразу захотела их закрыть обратно. За стеной муж Антон уже гремел посудой — мыл за собой кружку, хотя мог бы и в посудомойку поставить, но нет, ему надо непременно руками, и чтоб погромче. Из детской доносились звуки какой-то возни — то ли брат с сестрой играли, то ли убивали друг друга подушками. В коридоре зазвонил домофон — свекровь пришла, на час раньше, чем договаривались, потому что «я же хотела внуков повидать, а вы всё спите небось». Маша лежала и смотрела в потолок. В голове роились и суетились мысли: надо постирать форму сыну, отнести соседке взятый на один вечер утюг, починить свой, съездить за продуктами, приготовить пиццу... дети давно просили. Нет, ну пиццу я сегодня закажу. — Мам, а где мои кроссовки? — сын Никита влетел в комнату, весь перемазанный чернилами. — В коридоре, на полке, — ответила Маша, не двигаясь. — Нету! — Значит, под полкой. — Нету! Маша обессиленно вздохнула, встала, нашла кроссовки (они стояли на само

Мы все существуем в отношениях с другими, и вопрос в том, где проходит граница между здоровой близостью и потерей себя. Давайте посмотрим на две крайности, которых важно избегать. Представьте женщину, которая вырастила сына, проводила во взрослую жизнь, но так и не смогла его отпустить. Ему уже за тридцать, а она всё ещё говорит: «мы решили», «мы купили», «мы поехали». Она не видит себя без него. Его жизнь стала её жизнью, его проблемы — её проблемами, его успехи — единственным источником её самоуважения. Это классический пример слияния — когда личность полностью растворяется в личности другого. Исчезают личные границы, автономия, отдельная жизнь. Отношения строятся на контроле и созависимости. И это разрушительно для обеих сторон. А теперь представьте мужчину, который построил жизнь как неприступную крепость. Он всё измеряет выгодой. Жену выбрал по принципу удобства: удобно, что готовит, убирает, не мешает. Дети нужны для статуса — так положено, так принято в его кругу. Чувства? Он их

«Ну почему, почему я ничего не делаю? А ну-ка ты! Лентяйка, вставай! У тебя столько дел накопилось!» Лена мысленно ругала себя, уставившись в потолок. Ругала отчаянно, и ей было стыдно и плохо, но она всё равно не вставала. А за окном неслась неудержимая река жизни. Солнце светило вовсю, погода разгулялась, ветерок сегодня был совсем уж ласковый и тёплый. Вот бы погулять по такой погоде, а ещё лучше — покататься на велосипеде с детьми! Или отвезти их в зоопарк… И чувство вины становилось всё сильнее. А это солнце за окном раздражало. Вот был бы дождь — можно было бы валяться на кровати с полным правом и чистой совестью. Лена перевернулась на другой бок, отвернувшись от окна, и продолжила листать видео в телефоне. Да, она давно хотела почитать книгу, и сшить сыну шорты, и разобрать завал в шкафу. Но не сегодня. Сегодня у неё на это не было никаких сил. Дома было тихо: дети разошлись по друзьям и кружкам, муж уехал на рыбалку. Долгожданная суббота: когда все уйдут из дома и можно будет н

Представьте, что вам нужно ответить всего на один вопрос. От того, как вы его сформулируете, зависит очень многое. Звучит он так: как вы оцениваете отношение жизни к вам? Вариантов обычно три. Первый: жизнь ко мне несправедлива. Второй: ко мне относятся ровно так, как я заслуживаю. И третий: жизнь дала мне гораздо больше, чем я могла ожидать. Психологи провели немало исследований и выяснили интересную вещь. Те, кто выбирает третий вариант, живут легче. Они реже выгорают, быстрее восстанавливаются после неудач и искренне радуются мелочам. Почему? Потому что они не воспринимают хорошее как должное. Для них каждый приятный момент — не рутина, а подарок. Это и есть мышление изобилия. Оно не имеет ничего общего с наивностью или попыткой убежать от реальности. Это просто другой угол зрения. Человек с таким мышлением не требует от мира идеальных условий, но зато умеет замечать те совпадения, которые приводят его к тому, что у него есть сейчас. Чаще всего мы не замечаем везения, потому что при

Кинцуги (金継ぎ) — это древнее японское искусство реставрации керамики. Вместо того чтобы маскировать трещины, мастера заполняют их лаком, смешанным с золотым порошком. Они не скрывают историю предмета, а подсвечивают его шрамы, делая их уникальной частью новой красоты. Разбитая ваза становится более ценной и неповторимой, чем была до повреждения. В этой философии рассматривается человеческая жизнь. Метафора возрождения человека после сокрушительных жизненных потерь, будь то утрата близкого, тяжелая болезнь или развод. Когда рушится привычный мир, человек чувствует себя разбитым вдребезги. Осколки самооценки, надежд и планов на будущее кажутся мусором, который уже не склеить. Например, женщина, переживающая развод, проходит несколько тяжелых периодов. Сначала идет период отрицания: «Это просто ссора, мы помиримся», «Этого не может происходить со мной». Это отрицание может длиться месяцами, не давая реальности войти в сознание. Но когда стена отрицания рушится, наступает момент признания п

Лиля шла по улице, натянутая как струна. Она не выпускала из руки телефон, то и дело поглядывая на него, и злилась про себя все сильнее. Виталик не звонил и не писал. Они договорились сегодня встретиться, но он не выходил на связь с понедельника. А ведь была уже пятница. Лиля всю неделю надеялась, что Виталик снова «заработался» и, как часто бывало, в последний момент в пятницу в обед позвонит, извинится и повезет ее, как они планировали, в кино, а потом приедет к ней. Он был очень деловым и занятым – этот Виталик. Они встречались уже 2 года, казалось бы, серьезные отношения. Но иногда он пропадал. Вот как сейчас, без всяких объяснений. Уезжал от нее вечером в воскресенье, улыбаясь и целуя на прощанье. Ни словом, ни делом не показывая, что чем-то недоволен. А в понедельник его сотовый молчал. В первый раз Лиля старалась сама не беспокоить, помня, что у него очень ответственная работа и ему некогда. Она ходила, держа в руках телефон и не находя себе места, три дня. На третий день тишины