Что почитать сегодня?

- Девушка, вы забыли пинетки! Голос кассира донёсся до меня словно через толщу воды. Причём такой приятной и тёплой, какая бывает только поздним жарким днём июля, когда зной спадает, а ты окунаешься в нагретое озеро. Я ждала ребёнка, и пока ещё не осознала, насколько же это невероятная новость, способная перевернуть всю мою жизнь с ног на голову. - Спасибо! Я стала такая рассеянная, - хихикнула, забирая первую покупку для малыша. Возможно, это было неправильно, и кто-то бы усмотрел в этом плохой знак, но мне хотелось некого физического проявления той радости, которая охватывала меня каждый раз, когда я думала о своей беременности. У меня под сердцем живёт малыш! Пусть и крохотный, но для него вон целые пинеточки уже куплены. Сунув махонькую одёжку в сумку, я вышла из магазина и постояла какое-то время, наслаждая пока ещё тёплыми лучами позднего осеннего солнца. Совсем скоро ноябрь, а там уже и Новый год не за горами. Следом весна, а ближе к лету у меня появится сыночек или доченька. И

Сегодня муж снова возвращается с работы в плохом настроении. Уже который день подряд! Собственная улыбка сползает вниз. Я так ждала его… Так надеялась, что хоть сегодня он будет улыбаться… Я не привыкла видеть Сергея таким угрюмым, подавленным. Он ведь совершенно другой! Энергичный, активный, всегда на позитиве. Видеть его таким безжизненным, просто невыносимо. -Устал? - помогаю ему снять пиджак, обнимаю со спины, прижимаюсь, ощущая тепло. - Опять совещание? Что на этот раз случилось? -Всё то же… - произносит бесцветно. Качает головой, сжимая пальцами виски. - Проблемы. Одни проблемы. Беспросветные просто. Света, я не знаю, что будет дальше. -В смысле? - опускаю руки и делаю шаг в сторону, чтобы видеть лицо мужа. -В прямом! Долги растут, как снежный ком. Боюсь, что я не выплыву. -Но… - мне не хватает воздуха. - Подожди! - стараюсь не впадать в панику. - Всё ведь было хорошо еще несколько месяцев назад. Когда мы покупали Лизе квартиру, ты говорил, что справишься с долгами. А квартира ст

Я постукивала карандашом по столу, прижимая к уху трубку рабочего телефона. Ждала, когда, наконец, соединят, и думала: налить себе ещё кофе или держаться на морально-волевых? Всё же пить кофе на ночь вредно, хотя ночь у меня — время рабочее, а вредно — засыпать над документами. — Ликонька, голубушка, — слегка поскрёбся в открытую дверь господин Альтарский, мой директор и владелец компании «Альфарм», где я уже четыре года работала закупщиком. Безобидный, добродушный дед с седыми усами и солидным брюшком. — У нас там общее собрание. Тебя ждать? — Я не смогу, Иван Ильич, у меня никотиновая кислота, — взмахнула я рукой с карандашом. — Ну, работай, работай, — он сочувственно вздохнул и посеменил к своему кабинету. В нашей крошечной компании на двадцать с небольшим сотрудников обсуждение любых вопросов обычно проходило в его кабинете. — Слушаю, — ответили мне в трубку. Я вздрогнула от неожиданности и тут же начисто забыла всё, что в данный момент было не связано с никотинкой. Никотиновая ки

Медленно иду по улице. В душу словно нагадили. На меня наваливается такая безнадега, что хочется выть. Не знаю, куда мне податься. Родители — единственный выход, который вижу. Но там папа… как он отнесется к моему возвращению? Профессор, доктор философских наук, ученый, уважаемый лектор… отец отрекся от меня, когда после третьего курса я бросила институт ради Ромы. Ежусь, вспоминая то время. Мне было девятнадцать, когда Рома впервые заговорил о том, что было бы неплохо съехаться. К тому моменту мы встречались около полугода. Я была ослеплена любовью и уже точно поняла, что хочу быть только с ним, и ни с кем больше. Мы гуляли по вечерам, проводили вместе время и не могли наговориться. Мне казалось, что Рома моя родственная душа. Поэтому я сразу же дала согласие. Родители тоже были не против. Единственное, что сказал отец в тот момент, когда мы с Ромой им об этом рассказали, что раз мы так рано решили жить вместе, то должны оформить отношения. Иначе это будет выглядеть очень… вульгарно.

Я стою на пороге, сжимаю онемевшими пальцами дверную ручку и смотрю прямо в глаза Игорю. Он сразу увидел меня. Сразу… и даже не попытался отстраниться или отодвинуть от себя девицу. Муж все это время предпочитает сидеть вразвалочк, опираться спиной на стену. Никаких действий вообще не предпринимает. Лишь пристального взгляда от меня не отводит. Его пронзительные голубые, почти бесцветные глаза проникают мне прямо в душу. Оставляют в ней огромную дыру, из которой вытекают все эмоции. Наверное, поэтому в данный момент я не чувствую ничего. Ни-че-го! Складывается впечатление, что душа покинула тело. Мозг отключается, как и возможность соображать. А сердце… оно болит. Да-а-а, остается только боль. Режущая, испепеляющая. Не дающая нормально дышать. Лишь рваные выдохи срываются с губ. А вдохи… вроде бы их получается делать, иначе бы я уже отключилась, да? Господи, да что это такое? Что со мной? Почему я просто стою, как истукан? Почему не ухожу или, наоборот, не захожу, чтобы вцепиться в ко

– Я вообще не понимаю, что ты в ней нашёл, – слышу я женский голос из-за перегородки. Замираю посреди просторного, залитого солнцем банкетного зала «Эдем». В руках у меня – два рулона атласной ленты цвета слоновой кости, которую я в последний момент решила добавить к декору столов. Полдень. Тишина, нарушаемая лишь отдалённым гулом города. – Ну ты не мужчина, чтобы понимать, – раздаётся в ответ низкий голос моего жениха. И я даже горжусь его ответом. Секунды две. – То есть ты хочешь сказать, что она лучше, чем я? – томно тянет незнакомка. Хотя нет. Голос звучит знакомо. Это же...это его сестра сводная. У меня даже колени слабеют от неожиданного открытия. Упираюсь спиной в прохладную поверхность декоративной колонны, задрапированной тканью. Я не должна быть здесь. Не должна подслушивать, но оторваться не могу. Тело будто парализовано. – Ну что ты, зайка, ей до тебя далеко, – говорит Адам, и его голос внезапно становится мягким, таким, каким он говорит со мной. Только сейчас это адресова

В пятницу я возвращаюсь домой раньше обычного. На улице смеркается, в окне нашей спальни горит уютный жёлтый свет, и оттого на душе становится теплее — меня уже ждёт мой муж, который, похоже, тоже пораньше освободился с работы. Лифт привозит меня на пятый этаж, дверной замок привычно щёлкает. Я сбрасываю обувь в прихожей и лечу к спальне. Хочется поскорее сделать сюрприз и поздравить Глеба с нашим маленьким праздником — прошло ровно два года с того дня, когда он позвал меня замуж, протянув кольцо, и предложил переехать к нему. Едва перешагиваю порог, как слух режет женский голос. Меня обдаёт ледяной волной, я застываю и не могу даже вдохнуть. Весь мир вокруг размывается, я вижу перед собой только измену. Сцена так абсурдна, что в первое мгновение мозг отказывается её воспринимать, как будто это не реальность, а чья-то злая инсценировка. Мой муж Глеб, который ещё вчера говорил, что любит меня. Соседка Таня, которая на неделе забегала поболтать со мной за чашкой чая. На нашей кровати, гд

Наш с мужем долгожданный отпуск выпал на апрель. Солнечная Турция – что может быть лучше? Море и пальмы. Любимый человек рядом. Мы так давно не отдыхали вместе! Мой муж Николай – владелец ресторана, состоящего в крупном международном холдинге, поэтому иногда он летает в Стамбул в командировки, но я обычно остаюсь на работе: наши отпуска никогда не совпадают. Каждый раз огорчаюсь, что мне приходится провожать Колю, а он уже три года успокаивает меня, мол, скоро полетим в теплые края и вместе. Вот и полетели. Только все вышло совсем не так, как я себе представляла… Я сижу у бассейна, спрятавшись за прямоугольный зонтик. Коля не видит меня. Уже темно, но здесь всегда яркий свет – ночью неоновый, дискотечный, бьющий в глаза в такт громкой музыке. Звучит бодрая электронная мелодия. Идеальные женщины в купальниках пьют коктейли, не выходя из воды, несколько пар обнимаются на площадке у лестниц, все танцуют и веселятся. Я пока плохо их знаю – муж согласился взять меня к себе помощником повара

Когда я открыла глаза и увидела перед собой полог из ткани, то вообще не поняла, что сие значит. Я что, в палаточном городке? Но для палатки здесь оказалось слишком просторно. Низкая кровать, заваленная какими-то шкурами, была удобной, но почему не спальник? Странное дело. А еще страньше оказалось то, что у меня невесть откель взялась длинная коса. Пшеничная такая, толстенная, толще запястья! Которое, кстати, тоже оказалось не таким, как надо. Запястье в смысле. Да что вообще такое? Полог чуть слева от меня вдруг отодвинулся, и в мою нежданную обитель заглянула женщина. Одетая странно, она выпучила на меня глаза, что мне захотелось ладошки подставить! Вывалятся же! Я сижу. Она стоит. Обе хлопаем глазами. А тут она как заверещит! Я б присела бы, да и так сидела. Посему не нашла ничего лучше, как швырнуть в эту болезную подушкой. Это ее угомонило, но не слишком. — Чего орешь? — шикнула я на нее, а сама тут же ладонь ко рту прижала. Вместо моего поставленного зычного голоса с губ сорвалос

Встречи, сметы, договора, подбор помещений, исполнителей и артистов – каждый день я миксую эти задачи и часто делаю несколько одновременно. А еще я режиссер, продавец, медиатор, психолог, иногда фотограф и помощник ведущего. Этого уговори надеть костюм лягушки, потому что заказчику хочется устроить болото, того – станцевать танец с саблями, потому что тема у нас – Восток. Невесту, которой уронили кусок торта на платье, успокой, подол отстирай, слезы вытри, макияж поправь и срочно найди новый торт. Работа организатора мероприятий только со стороны кажется легкой и увлекательной. На деле же вечно в передвижениях, переговорах и стрессе. Многие мелочи я поручаю помощникам, но порой бывают такие дыры, что закрыть их под силу только мне. – Надюша, ты подала заявку на "Свадьбу года"? – А вот и мой главный "стресс". Лицо нашей фирмы, основной ведущий и по совместительству мой муж Вадим Соколовский. – Подам, не до этого сейчас. – С Вадимом мы уже десять лет вместе – как пара и как коллеги. Начи