Личная История

Начальник порывался уйти – в тепло своей каморки, где у него припрятана фляжка с согревающим напитком. А не пьянчуг по поликлиникам развозить. Но застывающие от мороза слезы Кати его чуть-чуть разжалобили. Не так, чтобы очень… Но… Начальник нашел компромисс: - Звякну нашим – чтобы наряд прислали… Милиция его подберет и определит, куда таких отвозят. - Когда они приедут-то? Часов через восемь? - Нам же проще. Проспится за эти восемь часов и сам смоется отсюда. - Замерзнет… - взмолилась Катя. На начальника не прикрикнешь. А без него она немаленького мужчину до авто не дотащит. - Добренькая такая? Сама его и отнеси тогда, раз добренькая. Пашу я круглосуточно. Зарабатываю гроши. За всем не уследишь… Тут и бездомных этих развелось, как грибов после дождя. Он за сегодня тринадцатый, кто шел погреться на вверенном мне вокзале. Все гоняешь их и гоняешь, а они ходят и ходят. Этот не дошел вот. И нам же легче! - Михаил Алексеевич, Рождество сегодня, не бросим же мы его на Рождество в сугробе? Замерзнет… Как жить-то потом с этим… Катя с таким точно жить не сможет. Про Рождество она добавила, чтобы воззвать к милосердию и гражданской сознательности начальника. Сама Катя ни в какой день бы не бросила прохожего (бездомный он или нет) на морозе. - Котенок, он сам выбрал такую жизнь. Пропойца. Никто пить не вынуждает. Сам пьет – сам разгребает потом все проблемы. Катя – котенок. Это не Михаила Алексеевича творчество. Это всем коллективом ее так прозвали. Потому что самая младшая, очень резвая и волосы у нее пушатся от шапки – дыбом стоят. Катя понимала, что коллектив не воспринимал ее всерьез, но не возражала. Зато поблажки делают… До упавшего мужчины было метров 40 – по снегу. Мужчина не шевелился. Катя дергалась – неужели они опоздали? Сколько он тут пролежал? - Михаил Алексеевич, ну, пока вы со мной препираетесь, уже может быть поздно! Хоть в милицию позвоните! У меня-то нет телефона! 2003 год. Мобильные телефоны еще далеко не у всех. У них кто-то из контролеров расхаживает с мобилкой, да посетители захаживают с телефонами, а больше пока что ни у кого и нет... У Кати нет. - Звони - не звони, а они на такое быстро не приедут. Подтянутся к утру как раз, на опознание потом отвезут... - Михаил Алексеевич!! Разжалобив начальство, Катя повела его к упавшему мужчине. То, что человек не бездомный и не пьяный, видно было, как только расстояние сократилось примерно вдвоем. Мужчина, перепачканный чем-то серым, видимо, его волокли от вокзала, тем не менее, был хорошо одет и подстрижен. Под съехавшей на бок шапкой была аккуратная рыжая шевелюра. Пострадавший и, конечно, ограбленный неизвестный пассажир был доставлен Михаилом Алексеевичем в приемный покой. При нем ни билета, ни документов. Откуда он приехал, и из какого поезда вышел, не разберешь. Камеры по периметру на их провинциальном вокзале тогда даже не снились. Катя, отдежурив сутки, пошла его проведать. Мужчину отправили в общую палату. Непонятно сколько он пролежал в снегу, но состояние у него не критическое. - Здравствуйте! Как здоровье? - Катя купила на свою небольшую зарплату апельсинки. - Добрый день... - мужчину любезно попытался уступить ей стул, на который с трудом залез, но Катя возразила - она постоит, - Вы... кто? Вы та девушка, которая меня спасала? - Угу, она - это я, - улыбнулась Катя, - Екатерина. Он запнулся. - А как вас зовут? - спросила Катя. Будто это не было чем-то естественным - в ответ назвать свое имя. - Если бы я знал... Мужчина ничего не вспомнил. Кто он такой и откуда приехал - сплошные белые пятна. Изредка у него всплывали картинки-образы: дом с резными ставнями и девочка... Девочка лет трех... То ли сестра, то ли дочь, то ли знакомая из детства. Не поймешь. О себе он вообще ничего сказать не сумел. Катя навещала его постоянно, когда не была на сутках. Мужчине около 30 лет. Он, кажется, вспомнил, что он Михаил. Катя с какой-то досадой подумала, что того, кто так не хотел спасать ее нового друга, тоже зовут Михаил. Какое совпадение. Но это все, что вернулось к Мише из его прошлой жизни. Кем он был до того, как его ограбили на станции, он не помнил. Приезжала и милиция, и родственников его искали, но отклика не было. С базами данных все было сложнее, с идентификацией человека без документов - тем более, а эпоха интернета еще на заре... Дело шло к выписке, и надо думать, куда Мише ехать, он ужасно переживал, но Катя все придумала: - Поехали ко мне... Миша ничего не помнил, даже отдаленно у него появлялись никакие образы возможной семьи, кроме той девочки, с которой он, наверное, просто дружил в детстве, но вдруг у него где-то есть семья? Жена? Можно ли посчитать это за новую жизнь... Или, будь у него семья, они бы его уже отыскали... - Катенька, сколько вам лет? - задал нетривиальный вопрос Миша. - 21. - Мне, наверное, побольше... Около 30-33 ему. - Это не помеха. Но я ни о чем таком не прошу, - тут же добавила она, - Поживете у меня и просто придете в норму. - Спасибо... Вы мой ангел-хранитель. Топчась после этого разговора в коридоре на втором этаже, где Катя нашла умывальник, девушка заметила странного человека, который... нет, это смешно... но в котором было некое сходство с Мишей. Мужчина промелькнул в дверном проеме и скрылся в холле. *** Продолжение >>Здесь 

– Нашaтырь! Нет peaкции ! – Рeфлексы, нeт реакции! – В мaшину! Закутывaeм малыша в плед, выбегаем из квартиры, впятером втискиваемся в лифт. Не eдeт, перегруз. Мысль в голове: "пешком по лестнице!" Жена cooбражает сквозь панику отправить малeнький лифт. Вскaкивaем в грузовoй. Выбегаем из подъезда. Быстро заношу малого в машину скорой и клaдy на кушетку, он без coзнaния, жeнa рядом. Отправляю, а сам бегу за своей мaшинoй. В голове мoлoтки. Отчe Наш... Мчycь по городу, нарyшaю не как раньше: мeлко и аккypaтно, а крупно, грубо, но по правде, по отчаянию. Мне так нужно было ехать отдельно, хоть минуту отдельно. Со стopoны. Чтобы трезвая мысль. Вспоминаю подругу из скорой. Звоню, взяла трубку, объясняю. Мчycь дальше, пepeзванивает: – Вас ждyт на Слободке, сразу в реанимацию, мимо приёмного покоя! – Спасибo, Свeта! Зал oжидaния. В саму peанимацию не пyскают даже мaм гpyдничков. Пaxнет лекapcтвами и хлоркoй. Коридop скорби и надежд. Небольшое проходное помещение. С одной стороны вход в коридор реанимации, огороженный допотопной железной решеткой с ужacнo громыхающей дверью на пружине. С другoй стороны выход в галepею, которая ведёт в "лeгкое" отделение . Зал-коридор с двумя рядaми деревянных кресел советского периода у стен, друг на против друга. Такие кресла стояли в актовых залах и кинотеатрах. Когда в него садишься, весь пятиместный ряд начинает скрипеть и трещать, как возмущённый вaxтёр ушедшего времени. Каждый день в одно и то же время уборщица приходит мыть соленый от слез пол, а ждущие покорно встают и выxoдят в галерею. Здecь нет шуток, нет анeкдoтoв, только иногда улыбка надежды и та со слезами в глазах. Тут Бoга вспoминают так же чacто, как и в цepкви. Отче Наш, Отчe Нaш... Жена сидит и беззвучно рыдает, я мельтешу взад-вперёд. Вздрагиваем каждый раз при открывании двери. – Доктop, что с ним?! – Ждите, пoкa не ясно. Полтора чaca длиннее всей предыдущей жизни, кидaeт в пот, пoтoм в озноб, в голове xaoc, адpeналин ощущается на вкус в гopтани, в комке. – Нужно на КТ. Папа, понecёте? Пpeдварительный диагноз страшeн до пoдкашивания в ногaх. КТ пoдтвердит или опpoвергнeт. Тoмoграмма в cocеднем здании. Доктор вынocит малышa на pyках, завернутого в одеяло с головой, вздрагиваю. Открываю лицо и бeру на руки, прижимаюсь гyбами ко лбy, лоб тёплый. Лицо блeднo-зелёного oттeнка, под глaзaми круги. Кома.. Несу на вытянутых руках, не забывая смотреть под ноги и аккуратно переступать пopoги и ступеньки. Кладу в аппарат и отказываюсь выходить, слежу за дыxaнueм и чуть приоткрытыми родными глазами. Обратно опять на вытянyтых руках не чyвствуя ни веса ни усталости. Передаю малыша доктору. Рыцapь в белом халате поднимает марлевое забрало, принимает мaлыша и uдёт на своё пoле битвы. Рeзультата ждaть час. – Нет, нельзя ждать!Потopoплю! Сбегаю обратно с этажей в соседнее здание, на диагностику. – Не надо дeнeг, папа! Дoктoр уже пишет, пoдoждите 5-10 минут, бyквально! Вот тyт пoсидите! Сажусь на диванчик, хорошо, что я в маске. Глаза пpeдательски пoдтекают, сердце запoлняeт всю грудь, в голове паническая карусель. Мне никто не пoмoжeт! Нам никто не поможет! Только бы диагноз не подтвердился! Что дeлaть, что делать, что делать?! Мне не нужны ни квартиры, ни aшины, ничего из тoго, что можно купить за деньги. Я не xoчу быть ни красивым, ни богатым, я пpoсто хочу быть пaпoй этого мaльчика и чтоб у этого мальчика всё было xoрошо. Я просто хочу, чтоб он открыл глаза. Я только хочу увидeть пpeжнего мальчишку, здopoвого , весёлого , такого, каким он был "до". У нас eщё столько дел с ним впереди! Всё что могу ceйчас, это читать подряд одну и ту же молитву. Отче Наш, Отче Наш, Отче Наш... Выходит медсестра и пepедаёт пакeт со снимками и зaключением. Выхватываю бумагу и начинаю бегать глазами по строчками. Не верю своим глазам, пepeчитываю. Всё чисто, патoлoгий не обнapужено.. Впepвые блеснула надежда. Зaбегaю, отдаю peзультат. – Доктор, как oн?! – Пока без coзнания... Часы ожидания на игoлках, на гвoздях, в кopидopе скорби и надежд. Заплаканные мамы, изредка папы, говорливый юноша, разбивший машину с пятнадцатилетней нeвecтoй, а сам без царапины. Череда историй, диагнозов и судеб. Изpeдка бегаю в аптекy по приказy доктора. – Доктор, как он?! – Пока без сознания... Жeна отправляет домой за вещами. В машине сам с собой, когда никто не видит, заливаюсь слезами и свoими словами гoворю с Бoгом: пpoшу и обeщaю, пpoшу и обещаю. Отче Наш, Отче Наш, Отче Наш... Забегаю домой, хватаю вещи приготовленные дочуркой по звонку, еду назад. Вoceмь часов без coзнания: малыш и мы, его близкие, время остановилocь... Звонок от жeны: – Очнулся, разговаривает! Пoпросил кyшать! Резко давлю на тopмoз, так что ударяюсь об руль. Прижимаюсь к рулю лбом и всхлипывая, причитаю: – Господи! Боже! Отче Наш... Спасuбо! Спacuбо! Спacuбо! Три дня в peaнимации. Три дня в коридоре, на дepeвянных кpeслах. Нет смысла сидеть, не пускают, телефоны уже изобрели, но и yexaть нет сил, xoтя бы тут, рядом, в коридоре.. Глубокoй нoчью везу жену дoмoй. Нужно приготовить поесть и сменку на завтра. Еду с желанием тут же вернуться и спать в машине, чтоб рядом, наготове, на всякий случай. Сoглашаюсь пocпать пару чacов дома. Проваливаюсь в coн прямо во время молитвы. Отче Наш... Сон на удивление глубoкий и облeгчающий. Ровнoe дыхaние. Лeто. Море. Мы с малышoм купаемся, выбегаем на горячий песок. Отдаю его в руки жены с полoтeнцeм, а сам пoднимаюсь по лecтнице вpacщелине oбрыва, к посёлку. Прохожу весь посёлок по диагонали, свернув с каштановой аллеи от морского обрыва к лиманскому, оглядываюсь на панopаму мopя, лимана и косы между ними. Пахнет морем вперемешку с лиманскими грязями и полынью. Тут же второй спуск без лестницы, а посередине бетонный блок, чтоб машины не ездили. На бетонном блоке сидит старик в чёрном одеянии, похожем на монашеское. Длинные седые волocы, седая бopода и голубые глаза контрастируют с загорелостью лица. Старик начинает говорить, ни к кому не обращаясь и глядя прямо перед собой. Шелест травы и шум волн затихает, как будто всё вокруг внимает ему. Голос его звyчит спокойно, без назидания, но я кaменею, слyшая его : – Все вы маленькие человеки. Пecчинки в окeaне пycтыни. Так беззаветно пpoщаете ceбя и так скрупулёзно собираете память чужих грехов и oшибoк. Неужто думаете вы, чeловеки, что ваши мoлитвы и вера нужны Ему? Это только ваше лекарство, вaше спaceние, которое Он вам даёт даже тогда, когда вы не заслуживаете этого. В минyты , когда вам никто не в силах помочь, вы вспоминаете про Нeго. Смeшные вы , люди-пecчинки, ищeте ангeлов на крышax, на облаках и на кофейной гуще, а они всегда прямо среди вас. Если человек помогает страдающему или нуждающемуся, то в эти минуты ангел поселяется внутри него. Ангел стремится в оболочку, готовую её принять. Кoгда вы делaeте доброе дело: отдаёте, помогaeте , жертвуете, проявляете милосердие, то в руках ваших сила ангела и он приходит в вашу душу, в ваше сердце. Ангелы живут среди вас, их очень мало и им очeнь трудно, ведь они бестелесны , это не фокусники с вoлшебной палочкой, они могут действовать только через вас, вaшими pyками.. Старик впервые поднял глаза на меня, как будто только заметил моё присутствие: – А с малышoм всё будет хopошо, запоминай: Отче наш, Иже еси на небeceх! Да святится имя Твoе, да приидет Цapствие Твoе, да будет воля Твoя, яко на небeси и на земли. Хлеб нaш насущный даждь нам днесь; и остави нам дoлги наша, якоже и мы оставляем дoлжником нашим; и не введи нас во искушение, но избaви нас от лукавого. Ибо Твое ecть Царство и сила и слава во веки. Аминь. Автор: Андpeй Mяник ____________________________________ Уважаемые читатели, если вам понравилась история, приглашаем подписаться на нашу группу, чтобы не пропустить новые публикации 💛

Сашка не знала, что значит это слово. Но оно казалось ей очень обидным. А Витька знай твердит: -Зяблик! Зяблик! — Ей было пять лет, когда она попала в детский дом. Родители её погибли в аварии. Сашка всё никак не могла понять, почему мама и папа не приходят. И почему они её оставили. С годами она осознала, что их больше нет. И постепенно стала забывать их лица. Они стёрлись из памяти. Забылись их голоса. Забылись запахи. Забылся дом, в котором они жили вместе. Сашке так хотелось, чтобы однажды её выбрали! Но чуда не случалось, а она росла и начала понимать, что её никогда не выберут. Просто девочка была дурнушкой. А выбирали всегда красивых девочек с бантиками в роскошных волосах и с милыми улыбками на лицах. Витька продолжал её доставать. Только теперь Сашка знала, что зяблик это птичка. В этот день снова пришли усыновители. Всех девочек нарядили, заплели банты в косы. А Сашка взяла и обкорнала себя под мальчишку. Ей больше не хотелось , чтобы её кто-то выбрал. Она решила, что в своей жизни всё и всех будет выбирать сама! Увидев её с короткой стрижкой, воспитатели ахнули, а Витька, как обычно бросил ей в спину : -Зяблик! Сашке исполнилось двенадцать. Витька же был старше её на три года. В тот день её не выбрали. Уж очень устрашающе выглядели её неровно остриженные волосы, да и глаза девочки метали громы и молнии. Через три года из детдома выпустился её заклятый враг Витька. Попрощавшись со всеми, он вдруг подошёл к Сашке. -Пока что ли, Зяблик? — -Пока — пока, — равнодушно ответила Сашка. -Ты тут держись! Недолго осталось! Три года всего! А потом я тебя к себе заберу! — твёрдо сказал Витька. - Ещё чего! Кто тебе сказал, что я тебя выберу? Дyрак ты! — нагрубила она в ответ. Витька посмотрел на неё долгим странным взглядом и ушёл, ни разу не обернувшись. Зaкрыв за собой дверь детдома, Сашка вышла на улицу и вдохнула воздух свободы и взрослой жизни. За эти годы она из гадкого утёнка превратилась в прекрасного лебедя. Роскошные волосы по пояс, огромные зелёные глаза, точеная фигурка. Она направилась в родительскую квартиру. И вдруг услышала : -Здравствуй, Зяблик! — Обернувшись, она увидела перед собой Витьку. -Чего припёрся? — спросила она. -Я же обещал тебя забрать. Вот и пришёл, — Витька подошёл вплотную. -А я тебе сказала, что сама буду выбирать! — Сашка посмотрела на него снизу вверх. Витька за это время сильно вытянулся и раздался в плечах. -А ты выбери меня, Сашка! — попросил он. -Я подумаю, — и Сашка зашагала к своему новому дому. Витька шёл за ней до самого подъезда. Подождал, когда она войдёт внутрь, и ушёл. С того дня приходил он под её окна каждый вечер. На скамейке у дома сядет и сидит, пока Сашка свет в квартире не погасит. Лето красное сменилось дождливой осенью. За осенью пришла зима. А Витька всё ходил и ходил. Однажды Сашка подошла к нему. Присела рядом, спросила: -Не надоело тебе? Холодно наверно сидеть? -Ничего. Я потерплю. Ты только выбери меня, пожалуйста! — снова попросил он и посмотрел на Сашку долгим, нежным взглядом. Сашка подскочила со скамейки, как ошпаренная и убежала к себе. Смотрела через тюль, как Витька глядит на её окна. 31 декабря Сашка торопилась домой после работы. Нужно ещё стол накрыть, новое платье надеть, скоро Новый год! Витьки на скамейке не было. Сeрдце пропустило удар…Может случилось что? Через час Сашка закончила все праздничные хлопоты и налила себе шампанского. Подошла к окну, Витьки не было. В гр yди противно заныло от дурных предчувствий… Страх начал закручиваться в животе в тугую спираль… -Что делать? Искать? Но где? Я же не знаю ни адреса, ни телефона! Дyра! Какая же я дyра! — ругала себя Сашка. И в это мгновение за окном что — то вспыхнуло! -Уже cтрeляют, — подумала девушка и подошла к окну, посмотреть на салют. На снегу огромными огненными буквами полыхала надпись : -ВЫБЕРИ МЕНЯ, САШКА!!! — А Витька сидел на скамейке, смотрел на её окна и махал ей рукой… Автор: НеКняжна Тараканова ____________________________________ Еще больше историй из жизни - в нашей группе. Подписывайтесь, чтобы не потерять 💝

Не пойму, почему никто не может решить такую простую задачу. Правда, такие мы ещё не решали. Придется считать в уме – вытащу свой допотопный сотовый опять хихикать начнут. Учительница посмотрела на меня: - Слава Шулепин, на тебя надежда. Сразу ответ не надо. Объясни ход решения. Кто в этом сомневался? А сосчитать-то не успел. Ладно, попробую на ходу. - Увеличение на двадцать процентов можно выразить как количество автомобилей, умноженное на одну целую, две десятых. Надо пять раз перемножить одну целую, две десятых. Получится, примерно, в два с половиной раза. - Вот так нужно решать задачи, - её улыбка, вдруг сменилась тяжёлым вздохом. – Жалко мне с вами расставаться, послезавтра последний звонок, и вы пятиклассники. А я ухожу на пенсию. До звонка о математике никто не вспоминал. Грустно у всех на душе – четыре года Галина Сергеевна с нами. *** Вот и звонок. Вышли из школы. За Игорьком отец на машине приехал. А у меня отца – нет. Тоска! У матери денег всегда не хватает. Телефон старый с кнопками. Дома даже компьютера нет. И кроссовки все расклеились. Самое обидное, сегодня у меня день рождения. Одиннадцать лет. Мама купит торт и что-нибудь из одежды. Попьём чай. И всё! Я понимаю – маме тяжело. *** Вот мой дом. На третьем этаже наша с мамой квартира, двухкомнатная. Уроки не задали. Все одноклассники сейчас в компьютеры уткнутся. А мне что делать? Вот и наша квартира. Это что за пакет на дверной ручке висит? Открытка: «Владислав, поздравляю с днём рождения!» Но-ут-бук!!! Ле-но-во!!! О котором я мечтал! Он же шестьдесят тысяч стоит!? Ма-ма!!! Дверь закрыта. Руки дрожат. Ключ в замок не попадает. *** Что и говорить! До шести часов вечера я исчез из реального мира. К тому же там и «вай-фай» был подключён и пароль записан. Пока не зазвенел будильник на сотовом телефоне. Значит, через полчаса мама должна прийти. Что-либо делать не мог, просто смотрел в окно. Вот и она с Юркой идёт. Это сосед из квартиры напротив. Тот на десять лет младше мамы и у него жена Оля в декрет пошла. Они оба с мамой в одном проектном отделе работают. Юра такой серьёзный – даже старше мамы выглядит. - Мамка-а- а! – бросился ей на шею, едва она вошла в квартиру. – Спасибо! - Сыночек! Родной мой! Денег совсем нет. Я тебе ботинки купила и тортик. Ты уж, извини! - Спасибо, мама! – только и смог выдавить. - Сейчас пойду, чай заварю. А ты пока ботинки примерь. Я просто влетел в свою комнату. Не – это не сон! Ноутбук стоял на месте. Быстро сложил всё в коробку и затолкал подальше под кровать. А кто его подарил? Такое только родным людям дарят. Кому я родной? Маме, конечно. Есть у меня ещё тётя Рита и бабушка Марина. Они вдвоём в деревне живут, очень бедно, у обеих нет мужей. Мама говорит: «Это напасть на наш род». Такую сумму они на подарок не потратят – у них таких денег никогда не было. И на дверь они подарок не повесили бы. А мама-то – тем более! Я как увидел подарок, обо всём на свете забыл и не заметил этих странностей. Здесь одни странности! Что заставило поверить, что ноутбук купила мама? Открытка. Ой, она так на столе и лежит! «Владислав, поздравляю с днём рождения!» Так меня зовёт лишь мама. Остальные – Владик, Славик. Дядя Женя, Юркин отец – Владом, одноклассники – Славяном. - Владислав идём чай пить! Открытку, на всякий случай – в книжку. - Иду! – изобразив на лице улыбку, захожу на кухню. - Ботинки, как раз? - Да! – а ведь даже не померил. - Надень – я посмотрю. Забегаю в свою комнату. Открываю коробку, надеваю ботинки. О, удобные! И как раз по ноге. Правда, такие никто в классе не носит. Ладно – мне не привыкать. *** Уплетаю торт, разговариваю с мамой, а у самого из головы ноутбук не выходит. Теперь даже не сам ноутбук, а его загадочное появление. Выбираю момент и спрашиваю: - Мама, а почему ты меня Владиславом зовёшь? Все – Владом или Славиком. Лицо мамы стало грустным, взгляд застыл. Долго молчала, затем с трудом произнесла: - Папа так назвал. Его Гришей звали. Говорил, что у него имя не звучит, а у сына должно быть красивое и звучное. И сказал, как к человеку обращаются, таким он и будет. Мы тебя с рождения Владиславом стали звать, по-взрослому звучит. - Мама, а расскажи о папе. Только честно. - Пойдём в зал! Мы зашли в комнату, и мама достала с верхней полки шифоньера альбом. Из-под обложки вынула фотокарточку. На ней она, похожая на старшеклассницу, стояла рядом с крепким черноволосым мужчиной, который держал в руках ребёнка – меня. Поднял глаза на маму, перехватил её задумчивый взгляд и спросил: - Мама, ты его любила? Она посмотрела на меня, словно в первый раз увидела: - Владислав, а ты ведь у меня совсем большой, - долгая пауза. – Любила. - А почему он от нас ушёл? Что, не любил? - Любил. Квартиру эту для нас всех купил, и на меня записал. - Мама, я ничего не пойму. Объясни! - Работа у него какая-то странная была. Постоянно куда-то исчезал, иногда на целый месяц. Однажды вернулся с перевязанным плечом. Но ничего не объяснил. Когда уходил последний раз, сказал, что вернётся нескоро. Проходили месяцы, годы, а он так и не вернулся. Я видел на глазах у мамы слёзы и задал вопрос, от которого она вздрогнула: - Мама, ты и сейчас его любишь? Она уткнулась мне в плечо и заплакала. И я понял, что любит. *** Этой ночью долго не мог уснуть. Думал. Такого загадочного случая в моей жизни ещё не было. И решил, во что бы то ни стало докопаться до истины. С чего начать? Поставлю себя на место этого незнакомца. Решил я подарить кому-то дорогой ноутбук, но так, чтобы тот не узнал от кого подарок. Повесил пакет с ноутбуком на дверь его квартиры. Но в подъезд нужно ещё зайти – сейчас везде электронные замки. Ладно, подождал немного и зашёл с кем-то живущим здесь. Повесил пакет на ручку двери и ушёл. Не-е-ет! Я должен убедиться, что подарок возьмёт тот, кому он предназначен. Что нужный человек подходит к подъезду увидеть невозможно, тот может пройти под окнами. Значит – наблюдал откуда-то. Это можно сделать со второго этажа или с четвёртого. Со второго он не наблюдал. Я бы его неминуемо встретил, когда поднимался по лестнице. Только с четвёртого. Увидел, что я взял пакет и зашел в квартиру, затем спокойно спустился и ушёл. Но на незнакомого мужчину, стоящего на площадке этажа могли обратить внимания жители тех квартир. Можно у них поспрашивать. Кто у нас там живёт. В трёхкомнатной живут муж с женой и двумя детьми. Он постоянно на работе. Жена – всегда дому. У них маленький ребёнок. И девчонка мелкая – во втором классе учится в нашей школе. У неё надо спросить – может что видела. В однокомнатной какие-то студенты квартиру снимают. Появляются лишь вечером – у них спрашивать бесполезно. Да и не станут они со мной разговаривать. В квартиру над нами на прошлой неделе заселился новый жилец. Страшный дядька с лицом в шрамах. У него ни о чём не спросишь. А на нашей площадке? Тётя Соня, которая рядом с нами живёт. Смотрит в глазок, едва услышав чьи-то шаги на лестнице. Если она видела, уже пришла бы и рассказала маме. Напротив нас – дядя Женя с тётей Светой и Юрка с Олей. Они все не любопытные. Но с дядей Женей стоит поговорить – он всегда даст умный совет. Долго вертелся в кровати, но в голову ничего путного не приходило. И тогда решил подойти к поиску разгадки, с другой стороны. Кто мог это сделать? Мама? Нет. Бабушка с теть Ритой? Тоже – нет. И тут мне в голову пришла ошеломляющая мысль. Папа!!! Какое-то время даже не мог нормально соображать, и слёзы на глазах выступили. Но когда успокоился – понял, что это лишь мечты. Вернулся бы папа. Он просто зашёл бы к нам в квартиру… Поцеловал бы маму… А я обнял бы его за шею и никуда не отпускал. Эта картина так ярко предстала перед глазами. А я смотрел, смотрел, смотрел… и не заметил, как заснул. *** ...>>ОТКРЫТЬ ПОЛНОСТЬЮ 

Дед, Михаил Лаврентьич, ох и жёсткий старик был, тоже напьётся, домой идти сразу не идёт, придёт к ним, над матерью Васькиной построжится, мол, такая - сякая сына моего окрутила, суразов нарожала, даже ударит по спине, мамку -то, а Васька махонький ещё был. Ну пришёл вот так дед, начал мамку -то шугать, такая, сякая, да как даст ей по спине, мамка аж взвизгнула, а Васька руки в боки и погрозил кулачишком -то деду, мол, не трогай мамку. А тот разъярился и не успела мамка выдохнуть, как схватил мальчонку за рубашонку и выкинул за дверь. Напугался Васька тогда, в крике зашёлся, до пяти лет потом не разговаривал, а деда боялся, жуть как. Отец же потом матери высказал, да наподдал, Ваську правда не тронул, а матери с Зинкой досталось. Орал, что мать пацана настроила против деда родного, будто бы Васька на деда матерно говорил и из дома гнал, а мать с Зинкой смеялись и подначивали. Ну сестра постарше была, восемь годочков было, она и сказала, что это всё брехня, что дед мамку ударил, а Васятка заступился, ой, что началось. Васька под стол залез от страха и описался, прям там... Так всю жизнь и боялся деда, одно хорошо он к ним ходит перестал. Отец выговаривал матери, что отца родного от него отлучила, мать упорно молчала, терпела тумаки от Васькиного и Зининого отца. Бабка любила Ваську с Зиной, но ужасно боялась деда. Большая, толстая, словно медведица, от неё всегда пахло булками, она носила смешной чепчик на голове который пошила сама. Как у ребёнков, Васька видал, когда тётка Ульяна, девчонку родила, у неё такие чепчики были тоже. Бабка шила их из старых дедовых кальсон, а сверху надевала платок, если на улицу идти, то шаль пуховую накидывала, даже летом могла тоненькую шалёшку накинуть. Ухи у бабки шибко болели, вот и береглась. Дед в половину меньше бабки, но бабка боялась его, она начинала орать словно раненая птица, как только пьяный дед появлялся на горизонте. Дед выкидывал разные фортеля. Например, падал в лужу немного не дойдя до дома. Тогда бежали к Васькиным родителям люди и говорили, что Михал Лаврентьич упал. Шли Васькины мамка с отцом, доставали из лужи деда, тащили его под руки, несмотря на небольшой ростик был дед тяжёлый, заносили в дом и положив у порога, уходили. Как только почуяв, что сын со снохой ушли, дед соскакивал и начинал лупцевать бабку. Та орала он бил, смешно подпрыгивая. Никогда бабушка не дала сдачи деду, а ведь казалось бы толкни его, пни хорошенько, да просто огрей чем - нибудь нееет. Что удивительно, деда в деревне уважали, а его выкрутасы принимали за милое чудачество. Дед рассказывал частенько, как заприметил бабку, когда ей шестнадцати не было, убёгом сбежала за дедом, родственники отказались о неё, вот так и жила всю жизнь. -А она, язви тя, богатая была, платья у её, шелкОвые были, даааа, на сапоги калоши надевала, я что? Перекати поле, Мишка Лаврушкин сын...О, как...Новая власть всё дала...А Она своих, так больше и не увидела... Дед ненавидел всех вокруг, из всех пятерых детей, рядом остался только отец Васькин, остальные дети разъехались кто куда, не желая иметь ничего общего с этим сатрапом. Казалось бы внуки вот они рядом, ну, ты, люби их нет...Ненавидел смертным боем. Бегали ребята к бабке только тогда, когда деда не было на горизонте, угощала она их мятными пряниками, втихушку. За что, потом получала от деда. Пряники -то были посчитаны, придёт, пересчитает, нет двух штук, куда девались? Сожрала? И лупцует бабушку. Когда дед преставился кто больше всех по нему плакал? Васька мамкина, кто же ещё. Рыдала, папашкой родненьким звала, встать просила, глазоньки открыть, ясные. -Мамка с ума сошла?- спрашивает Васька у Зины, сестры, которая с красными глазами стоит, но...прячет улыбку, - зачем она зовёт деда встать? А ежели встанет? Ой, что будееет, там же стока продуктов истратили. -Не боись, не встанет, - шепчет Зинка, - по.ер он, всё, не будет его никогда. Знаешь что это значит? Васька пожимает плечами. -Мы с тобой у бабушки ночевать будем, её бить никто не будет, да многое, что хорошее. -И пряники же можно есть? От пуза? -Ага. -Всё равно не понятно зачем бабушка и мамка так кричат. -Положено так, Вась. А ежели мамка не будет плакать и причитать, отец наш потом побить её может, скажет, что перед людьми стыдно мол, мало плакала. Отец всё рано нашёл, за что избить Васькину и Зинину мамку. Также гонял их отец, так же бил мамку, хорошо, что над детьми только строжился не трогал их, это после того как Зина пообещала его в тюрьму посадить, отца. Но, однажды подкрался, когда Зина спала, схватил её за косы, скинул с кровати и по полу потащил на улицу, Васька от страха под кровать залез. А отец Зину тащит, мать воет, рот закрыв. Сестра вывернулась, схватила топор, что в чурке был воткнут и на отца замахнулась. -Зарубаю, к чёртовой матери, понял? Не до сме.рти, а калеку из тебя сделаю, г.а д, чтобы жил да мучился...Понял. Отец тогда напугался, это видно было, так же было понятно что злобу он затаил... А Зина собралась и к бабушке ушла. Вдвоём жили. Отец ежели приходил, Зина уходила, либо в дальней комнате закрывалась. Отец Ваську почти не трогал, матери всё больше доставалось. Вырос Васька хиленьким, росточком с деда, а вот дури много, в тридцать лет кое- как женился и то, на Татьяне, вдове. Она, Таня хорошая, с мальчишкой её взял. Мужик у неё, в половодье сгинул, дрянь был человечишка. Они приезжие откуда-то были, никого здесь нет родни. Татьяне деваться некуда было, вот она и пошла за Ваську. Мальчонка у неё, Егорка. Васька поперву свою натуру дурацкую прятал, а как Татьяна забеременела да девку родила, не могла парнишку, так Васька и пошёл в разнос. Ух и показал он свой характер, похлеще деда и отца. Парнишку в чулан частенько сажал, там его место, Таньке под глаз, да за космы, за космы повозюкать, отец как раз был, вот перед ним и кочевряжился Васька. Смотри, мол, батя как могу. - Правильно сын, правильно бабу, её в кулаке держать надо. Батя сдавать стал последнее время, думает Васька, мать вон смотрю, покрикивать на него начала. Нееет, ни в деда пошёл отец, вот он Васька, тот да... Пришёл домой, чуток пьяненький, не понравилось ему, что борщ какой-то не такой, Танька не особливо улыбается, щенок за столом сидит уроки видите ли делает. Схватил его за загривок, вышвырнул из-за стола, не заработал, за столом сидеть, кинул всё на пол, растоптал сапожищами. Таньке под дых дал. Девчонка заорала. Ещё раз Таньке наподдал, а нечего, пусть идёт вон, девку успокоит... -Водки дай. -Так нету. -Найди, бегом... Злой Васька сегодня, проверку у него в заготконторе учинили, махинации его всплывут вот - вот, раньше -то мужик один ушлый ездил, а теперь бабёнка вредная такая...Вот и лютует Васька, пуще прежнего. ПришлаТатьяна, принесла водку. Пил, Татьяну заставлял, а она вишь ты, непьющая, ну и получи тогда, не пьющая. Не помнит Васька ничего, проснулся утром, что за... Посуда валяется на полу, красное, что -то везде, будто помидорами переспелыми швырял кто, Татьяну позвал, тишина. Девчонка не орёт. Вроде и печь не топлена. Встал, пошатываясь, а тут участковый заходит и бабёнка эта. Так, мол, и так арестовываем тебя, Василь Михайлович. А за что? Что бабу поучил маленько? В общем, махинации худо- бедно прикрыть удалось, а вот за Таньку...За Таньку ответ пришлось держать, пятнадцать суток дали. Ну погоди, вша, думает Васька я тебе устрою, ты у меня слезами умоешься...кровавыми. Приехал домой, всё так же холодно. Пошёл к матери, Таньку не видала с мальцами? -В больнице она...Ребёнка скинула, Вася...Что же ты так? Неаккуратно, а? -Чего мелешь, мать? Какого ребёнка? -Твоего видно, Вася. Желваками заиграл, встал и пошёл. Во двор вышел, потом вернулся. -Мать...а где малые? - Забрали их, какая -то дальняя родня Таниного мужа первого, даже Аннушку забрали, не дали мне, я говорила, что я бабушка куды тама... Отыскал Васька детей, да ему даже не показали. -Девку отдайте, моя девчонка. Да только Анька отца увидала, в брата вцепилась и орёт дурниной. А там ещё мужик какой-то здоровенный, за шиворот ваську взял и тряхнул, пообещал, ежели, мол, сунешься ещё раз, под себя ходит будешь. Уехал Васька, но зло затаил. К Татьяне в больницу сунулся, да почему -то не пустили, ну ничего, он пождёт. Домой приехал холодно, грязно. А тут Зинка ещё нарисовалась, давай костерить его тоже умная...У неё мужик под каблуком, он Васька не такой. Под каблук не загонишь. Мать пришла убрала всё. -Повинись, Вась...Дитё ведь у вас, Таня добрая, она простит. -Ты с ума сбрендила, мать? Чтобы он, Васька...перед какой-то... Не вернулась Татьяна, уехала. Васька пытался было помириться, она глазами пустыми смотрит... Прошло пятнадцать лет. По делам был Василий в каком-то колхозе. И увидел женщину знакомую, Татьяна. -Здравствуй, Таня. -Здравствуй...те. Василий? Не узнала вас. -Что это ты, словно чужие мы? На вы. -А мы есть чужие, Вася. Мне идти надо. -Как живёшь? -Хорошо живу,Вася с детьми. Егорушка из армии вернулся, Аннушка школу заканчивает, всё у нас Вася, как у людей. -Ну, а мужчина? -Нет, уж, Василь Михалыч не нужны мне мужчины, жила с одним, хватит... -Это ты про меня, что ли? -Про тебя, Вася. Ладно, пора мне. -А что про меня не спросишь? -Не интересно, Вася. Из дома с палисадником полным цветов, вышел парень высокий, красивый, Егорка, понял Василий и отступил назад. Егор бросил на него взгляд и отвернулся, что-то говоря матери. В калитке стояла девушка, какая красивая, дочка, Анечка, понял Василий. Вроде шаг в перёд сделал, да только Егор оглянулся и таким взглядом его одарил, что Василий стушевался и пошёл в другую сторону. Желание видеть дочь пересиливало страх встречи с Егором, он стал часто кататься туда... -Ещё раз увижу, уб ью, - тихо прошептали позади. пока Василий наблюдал за дочкой. Он знал кто это...Егорка...не забыл, ничего не забыл пацан...А разве он, Василий виноват? Кровь у него дурная. *** -Мама, ты плакала? -Нет, дочка,- прячет Татьяна в карман письмо от Зинаиды, тётки Анечки, в котором Зина сообщила Татьяне, что Василия больше нет... Стоят с дочкой у холмика небольшого, Егорушка поправляет, чтобы ровно было. -Ничего, бабушка, - говорит Егор трясущей головй старухе, - мы потом весной всё сделаем. -Простите меня, Таня и вы деточки простите, дурная у них кровь, такая... -Ничего, ничего...мы не в обиде, говорят Таня и ребята. Анечка потом к бабушке ездила помогала ей и Егорушка, и сама Таня. Мать Васина, хоть на старости лет пожила в счастливой и любящей семье, забрали её Таня с ребятами. А Татьяна, так всю жизнь одна и прожила. Зина хотела её с мужчиной свести, с хорошим. Да только Таня сказала, что ни к чему. Автор: Мавридика де Монбазон ____________________________________ Уважаемые читатели, если вам понравилась история, приглашаем подписаться на нашу группу, чтобы не пропустить новые публикации 💛

- Я не хочу. - Что не хочешь? - Завтракать. - Я тоже не хочу, - вздохнул Фёдор. - Но придётся. - Зачем? - Надо. Мы же с тобой мужчины. Вдруг сегодня нам спасать придётся кого-нибудь, а у нас с тобой сил нет. - Папа, а мама вернётся? Это был самый тяжёлый вопрос. Сашкиной мамы не было в этом мире уже целый год, а сын её всё ещё ждал. - Вернётся, - ответил Фёдор, как можно веселее. - Прямо с неба? - Ага. Только она будет немножко другой. - Как это - другой? - Лицом - другой. Но такой же доброй. И тебя будет любить. - Скорей бы снег пошёл, - вздохнул сын. Уже через полчаса Фёдор сдал ребёнка на руки воспитательнице детского сада и побежал на автобус. Его машина со вчерашнего дня стояла на приколе - из-за резких ноябрьских морозов старый аккумулятор полностью разрядился, и теперь придётся покупать новый. Но на работу он, всё-таки, успел вовремя. Скорее сел в своё кресло, включил компьютер и уставился в монитор отсутствующим взглядом. - Федя, привет! - подал голос Антон, который сидел за соседним столом. - Не спи, скоро шеф заявится. - Я не сплю, - отозвался Фёдор. - Привет. - Кстати, в наш отдел, говорят, новая сотрудница устраивается. Молодая. Так что тебе нужно ей заняться. - С какого? - Федя посмотрел на Антона с вопросом. - С такого. Ты же отец-одиночка. Тебе нужна новая жена. - И ты туда же, Антоша? Запомни, я не отец-одиночка. Я просто отец, воспитывающий сына. - Но твоему Сашке нужна мама. Разве не так? - Так-так… - Фёдор тяжело вздохнул. - Но ему нужна хорошая мама. - А вдруг она хорошая? - Кто? - Новая сотрудница. - Отстань… - Фёдор опять уставился в монитор и попытался думать о работе. День тянулся очень медленно. Фёдор не выдержал и отпросился с работы на час раньше. Он решил пораньше забрать сына, вместе с ним забежать в какой-нибудь автомагазин и, всё-таки, купить аккумулятор. Торопливо выбежал из здания и обомлел - с неба падал первый мокрый снег. Он замер, тут же вспомнил сына, сердце его сжалось, и он рванул на автобусную остановку. Но когда Фёдор увидел хрупкую девушку, которая тщетно пыталась открутить ключом гайку с автомобильного колеса, он невольно остановился. Скорее всего, остановился он потому, что увидел руки этой девушки, мокрые и ужасно покрасневшие от холода. Он подошёл к ней в упор и раздражённо спросил: - Вы зачем сами это делаете?! У Вас что, мужчины нет? - Нет… - бесстрастно ответила девушка. - Да я всё сама умею. Вот только этот снег. Руки ужасно замёрзли. - Вот ведь… - Фёдор присел на корточки рядом с ней. - Девушка, я бы Вам помог, но я очень спешу. - А я Вас и не прошу, - спокойно ответила девушка. - Это ещё хуже, - вырвалось у Фёдора непроизвольно. - Если я Вам быстро поменяю колесо, Вы меня подвезёте до детского сада? Меня там сын ждёт. - Правда? - девушка облегчённо вздохнула. - Конечно, довезу… Фёдор провозился с колесом долго. Запаска оказалась спущенной, пришлось её накачивать обычным насосом, который, слава Богу, оказался в багажнике. Когда он, с чувством выполненного долга, садился в машину, девушка сказала: - А Вы заметили, что это первый снег… У Фёдора опять защемило сердце. Да так, что он, стиснув зубы, непроизвольно застонал. - Что с Вами? - спросила девушка. - Ничего. Может, поедем? - Поедем, - улыбнулась девушка. - В какую сторону рулить? - Пока прямо. А потом я Вам покажу. Снег усиливался. Ехали всю дорогу молча, но когда автомобиль остановился у детского сада, девушка вдруг предложила: - Давайте, я Вас подожду. А потом отвезу до Вашего дома. - Нет, не надо, спасибо. Мне ещё в автомагазин нужно заскочить. - Тем более! - обрадовалась девушка. - И мне тоже туда надо. И вообще, мне, в отличие от Вас, торопиться некуда. У меня же, как Вы знаете, мужчины нет. Снег уж слишком мокрый. Ребёнок Ваш промокнет… - Не надо, что Вы… - Фёдор торопливо выскочил из автомобиля и побежал к сыну. Когда они с Сашкой вышли из детского сада, автомобиль девушки стоял на том же самом месте. А девушка стояла возле и, как ребёнок, ловила ртом мокрые снежинки. Увидев Фёдора с сыном, она радостно замахала им рукой. - Эй, бегите сюда! Я вас всё-таки дождалась! Сашка растерянно остановился и с удивлением посмотрел на папу. Потом он перевёл взгляд на девушку и неуверенно сказал: - Это мама? Папа, там мама… Я тебе говорил… Пошёл первый снег и она… Сашка сорвался с места и очень скоро повис у девушки на шее. А та, ничему не удивляясь, подхватила ребёнка на руки и закружилась вместе с ним. Автор: Рассказы Анисимова ____________________________________ Уважаемые читатели, если вам понравилась история, приглашаем подписаться на нашу группу, чтобы не пропустить новые публикации 💛

Семья благополучная, Иван, муж Веры работал на хорошей, руководящей должности, Вера там же, бухгалтером. Кристине ни в чём не отказывали, взяли её двухнедельную, никто и не знал, что Кристина не родная, кроме матери Ивана, она работала в системе здравоохранения, большой чиновницей, связи были, немного воспользовалась своим служебным положением и...прожившие до тридцати лет супруги, получили дочку. Маленькую, пухлую, розовощёкую дочку, с круглыми пятками, с завитушкой над лбом, самую родную и любимую девочку. Даже Верины родители, которые живут в Иркутске, не знали, что Кристина не родная, ни одна живая душа. Мама корила Веру, за то, что та промолчала про беременность. - Боялись сглазить,- сказала, Вера в оправдание. -Ну конечно, мать родная сглазит...Конечно, мы же тёмные, куда уж нам... Но обиды потом забылись, Кристина стала любимой внучкой. Так и было бы, да вот..незадача или как сказать правильно? Зачастил вдруг Ваня в командировки, и всё правда, и всё так, Иван Васильевич в командировку ехал...Да вот только, ехал он и ехала Марина, его секретарь. Что здесь такого, скажет кто-то, ведь Марина секретарь, у них служебные отношения, она его правая рука. -Ну да, молодая, улыбчивая, без проблем, без излишнего житейского багажа с хваткой акулы, с грацией пантеры... -Вера, - Иван не может скрыть ликования, - Вера, я ухожу от тебя. Оставляю вам с Кристиной квартиру, извини, так получилось. Вера сидит с открытым ртом. Не то чтобы это стало шокирующей новостью, подсознательно она ждала этого, этот маскарад должен был когда-то закончиться, но! Вера думала, что Ваня опомнится, сбросит с себя пелену этой любовной лихорадки и всё вернётся на круги свои, но нет... Так, как думала Вера, так не случилось. - Вань...может подумаешь? -А я подумал, Вера, я миллион раз подумал. Я вам с Кристиной оставляю квартиру, себе забираю загородный дом, деньги на обучение Кристины, я так же буду давать... -Как ты быстро дочь стал называть по имени, Вань. -Ннне придирайся к словам, Вера, - Иван поморщился, - у меня скоро родится ребёнок, сын, понимаешь! Мой сын! Неужели я упущу такой шанс, Вера? Это надо быть глупцом, молодая красивая жена, здоровая, которая подарит мне сына, ведь ты не могла родить мне ребёнка, Вер. А она...сын, понимаешь, свой, родной... Вера сидела с окаменевшими плечами и смотрела на этого уверенного в себе, молодого, красивого мужчину. За что он так с ней? С дочерью... Она сидела долго на кухне, смотрела в точку на столе, плакать сил уже не было. Кристина, вдруг спохватилась Вера, где дочь. Телефон был отключен. что-то случилось, она набрала Ивана. -Вер, придёт, она подросток, ничего страшного, не беспокой меня по пустякам! Не звони мне, слышишь? Только по делу, ты же не хочешь искать себе новое место работы? -Кристина пропала, наша дочь. -Вера, я ещё раз прошу, не звони мне, решай саам свои проблемы. И...она мне не дочь, только по документам. Пока Вера металась, обзванивала всех, Кристина нашлась, она пришла, с холодными глазами, отстранённая. -Кто моя мать? -Я...Я не знаю, дочь. -Не называй меня так, слышишь? Я не твоя дочь. Кто моя мать? Тупая малолетка залетевшая от случайного дружка, наркоманка? Алкашка, кто? -Я не знаю, Кристиночка дочка... С этого дня всё и началось. Нежелание дочери учиться, дурные компании, притоны. Девочка, отличница, с прекрасным музыкальным слухом, с тонкими пальчиками, мечтавшая стать известной пианисткой, превратилась в чудовище, она будто намерено убивала себя. -Кристина, прошу, опомнись, за что ты меня ненавидишь? -Тебя? - пытаясь с концентрировать внимание на лице матери, девчонка глупо улыбается, - мне плевать на тебя, я себя убиваю, я биомусор, понимаешь? Такие, как я...они не должны жить на этой земле, так что дорогая мамочка, - Кристина с ненавистью выплёвывает эти слова, - не старайся перевоспитать меня, у меня гены, понимаешь? С меня толка не будет... Живи спокойно, а я... -Да что за...-Вера так рассердилась, она схватила дочь и начала её трясти, - прекрати, слышишь? Сейчас же прекрати! Они плакали обе в обнимку, много пришлось Вере пережить, но она победила. Не сразу, но всё же вытащила дочь из этой ямы... Иван? Видимо счастлив, Вера уволилась оттуда, не смогла жить, не смогла видеть его счастье, а он счастлив. Ну и пусть, рада за него. Постепенно Кристина пришла в норму, она даже восстановилась в музыкальной школе, не представляла свою жизнь без музыки и попросила у матери прощения. -Мама, прости меня...Я тогда как услышала что говорит...Иван, назвать его отцом Кристина больше не смогла. У меня всё перевернулась, я же считала вас чуть ли не богами, да, как и каждый нормальный ребёнок, а потом...Потом я решила, что недостойна вас, тебя... Я нашла её, ту которая родила меня, нормально живёт, сказала, что не жалеет ни о чём, не хочет со мной общаться, кто отец не сказала...Да и плевать, Иван отец, а ты мама. Всё, на этом поставим точку. И будто не было притонов этих дурацких, всего остального, только какая -то жестокость в глазах появилась, но с Верой дочь была нежна. Мама, у Кати Черёмухиной день рождения, отмечать будет за городом, в коттедже, можно я поеду? -Конечно. -Там с ночёвкой, мам... -Я тебе доверяю, дочь, тебе девятнадцать лет. -Хорошо. Вера помнит, Кристина приехала тогда раньше чем собиралась, была задумчива. -Всё хорошо, Кристина? -Да мама, всё хорошо. Вера держит в руках тест на беременность, с двумя полосками, видно дочь нечаянно обронила или...или специально положила на видном месте... -Кристюша...Я нашла тест и...дочка... -Мам, я записалась на...удаление. Вера отшатнулась. -Ты что? -Мама, я выпила, да дура, да обещала, случайный...акт, со случайным парнем, о господи, как тошнит -то...Я не хочу стать такой, как она. Дети должны рождаться в любви, почему? Почему я не у тебя родилась, а у неё? Я не хочу, как она, слышишь, не хочу...я не полюблю этого ребёнка, никогда. Он будет мучиться, а потом...Потом возненавидит меня, за то что дала жизнь и себя, за то что такой...зачатый в нелюбви, ненужный... - Господи, девочка, да что же ты... Опять плачут, обнявшись. -Мама, что со мной, ну почему я такая уродилась? Зачем? -Не гневи бога, Кристина, девочка моя. Однажды я лежала на кровати и выла, когда врачи мне окончательно поставили бесплодие, я выла, как волк. Жить не хотела, через час позвонила свекровь, бабушка Надя и велела приехать, а я жить не хотела, не то что ехать. Я дышать не могла. Но поехала, она такая была, властная. Она меня привела...к тебе. Я влюбилась сразу же...Она очень тебя любила тоже. -Я помню, мама, я помню бабу Надю... -Ты говоришь, что зря родилась? А как же я? Мы? Как мы без тебя бы жили? Ты моя жизнь, доченька. И отец...Иван, он просто в восторге был, я не знаю что случилось и он стал так к тебе относиться... -Мам...прости...я с ним общаюсь, просто не говорю тебе, чтобы не сделать больно. -Да? Я рада, доченька. Рада, что Иван...не подлецом оказался. -Мама, я тебя очень люблю, я решила всё не надо, ладно... Вера стиснув зубы, согласилась с условием дочери. Через неделю она заметила, что Кристина, всегда вовремя возвращающаяся из института, что-то задерживается. Вера работала из дома, и знала когда дочь приходит домой. Наверное...пошла, догадалась Вера. Начала метаться по квартире, не находя себе места. Пока пришла дочь и нареветься успела...И уснула... -Маам, мамаааа, просыпайся. Всё хорошо? -Да...а что? Кристина, ты как себя чувствуешь? -Хорошо...мам, я не одна, понимаешь...идём. Мама, знакомься, это Юра...помнишь день рождения, я тебе говорила...ну в общем...Он нашёл меня, и мы встречаемся. Мам...я это... -Давай я скажу, Вера Васильевна, вы простите нас, меня, Криску, мы такие глупые. Я прошу у вас руки вашей дочери... -Но, - Вера не находила слов. -Я знаю, ей учиться надо, я то уже работаю, вы не подумайте, я из хорошей семьи, я не алкоголик, просто выпил, так -то я не пью, правда...Я так рад, что она согласилась...А ещё...Криска, ты говорила маме? Можно я скажу? У нас будет ребёнок. Это же ничего, что мы тогда выпили? Мы же не алкаши, он же нормальный будет? Вера выдохнула, посмотрела на счастливую дочь и засмеялась радостно. Ей нравился этот парень, его детская непосредственность, нравилось то, что он называет дочь так смешно и по-доброму, Криской. - Мы же уже давно знакомы, даже встречаться пробовали, потом расстались и вот... *** Вера гуляет с коляской, там самое дорогое и родное, внук. -Мамуль, не устала? - звонит дочь. -Нет, не устала, занимайся своими делами, мы тут беседуем. Кристина смеётся, как же хорошо, что тогда мама поговорила с ней, по-доброму, она решила оставить ребёнка, а потом позвонил Юрка и позвал в кино...Он говорил, говорил, говорил. А она слушала. Он говорил, что не понимает почему мысли о ней не покидают его голову, что пробовал встречаться с другими, но не получалось...Просил начать всё сначала. -Давай попробуем, Крис... -Я беременна... -Я что? Ты... -Да. Кристина назвала срок. -Это же...день рождения Маринки? -Да. -Криска, - он вдруг схватил её и начал кружить, - какая же ты у меня...Кто-то свыше решил за нас, понимаешь! Кто-то свыше... Мама потом спрашивала у Кристины, не из-за ребёнка ли та решила выйти замуж за Юрку. -Нет, мама...я тоже поняла, что он тот самый...А ребёнка я твёрдо решила оставить, после нашего тобой разговора... А ещё...ещё я вдруг осознала, что я никакая не ущербная, ну и пусть она родила меня случайно, я неслучайно попала к вам, к тебе. Она родила меня для тебя, мама. Я пришла сюда для того, чтобы ты жила...Я когда это осознала, так мне горько стало, так больно, за все обиды, что я тебе причинила. Я погладила живот и пообещала малышу, что стану самой лучшей мамой на свете, а ещё...что он увидит и будет любим, самой лучшей бабушкой... Прости меня, мамочка. -Да бог с тобой, детка, это знаешь что? Это беременные гормоны...Ну тебя, Кристинка, я сейчас заплачу. -Мамочка, это же слёзы радости, ими плакать можно. Я обещаю тебе, я клянусь, больше ты не будешь плакать, если только от радости. И Вера знает, Кристина с характером, как сказала, так и будет. Автор: Мавридика де Монбазон ____________________________________ Делитесь, пожалуйста, понравившимися рассказами в соцсетях - это будет приятно автору 💛

Я ходила туда в театральный кружок, причем сама записалась, никому до меня не было дела. Как-то нашла случайно свою старую фотографию: где я, что я? Какая-то странная прическа, воротничок. А на обороте фотографии моим еще детским почерком надпись: «5-й класс. Госпожа Кукушкина». Представляете, Островский! Потом, я очень любила стихи, знала много и в сумерках ходила по московским улицам и читала их вслух. Потом девица выросла, а в те времена, когда была молодой девицей, мои размеры были вообще нестандартные: рост 1,76 метра, в те времена даже сама себе казалась каланчой ужасной, и мои самые близкие родственники сказали: «Ты посмотри на себя, ну какая из тебя актриса?» Бабушка, которая меня очень любила, говорила: «Милка, ну где ж тебе найдут мужика на сцене, под твой рост?» Семья меня и убедила в моей актерской профнепригодности, и я действительно не брала сцену в голову. У меня были тогда всякие романтические настроения. То я хотела кого-то учить. То меня, коренную москвичку, тянуло куда-то уехать. То, понимая, что если в космос я уже не успеваю, но смогу залезть в океанские глубины, отправилась учиться в Одессу. Я ведь оканчивала вечернюю школу. Сейчас немногие знают, что после восьмого класса обучение было платное, бабушка с трудом наскребла какие-то деньги и заплатили за девятый класс. Работала почтальоном, с утра разносила почту. Так что моя первая профессия — почтальон. С тех у меня страсть — «почтальонские» сумки, и где бы я ни была, покупаю именно такие. Так вот, после окончания школы у меня были романтические поиски себя: кем только я не хотела быть! И кроме того ощутила себя барышней. Пошла на курсы, освоила машинопись, стенографию, стала учить французский язык. Но наверху, видимо, было все определено. Я работала в тресте секретаршей, мне это нравилось. И все-таки ноги меня сами привели в один из дней к театральному училищу — мы ходили с другими секретаршами в маленькое, соседнее с училищем кафе пить в обед кофе. И вот однажды, проходя мимо училища, я увидела объявление: «Приглашаются абитуриенты на вечернее отделение». В театральных вузах не существует вечерних отделений, но тут решили провести эксперимент, он оказался единственным. И я пошла, решив, что ничего не теряю. По приколу, как это бывает иногда, когда чувствуешь себя красавицей и не слишком высокого роста. Меня сразу взяли. И виновником был Юрий Мефодьевич Соломин, тогда молодой преподаватель училища. Он был моим первым педагогом, хотя ему в то время было лет 26, и между нами не такая уж большая разница в возрасте была. Я поступила в училище в 21 год, в этом возрасте мои сверстники уже оканчивали вуз. Мне говорят: «Не может быть, чтобы вы не хотели стать актрисой?!» Ну не было такого, чтобы я из года в год поступала, проваливалась и снова шла сдавать экзамены, убедив себя, что мое будущее только в театре. Меня тогда привлекала больше сама жизнь. Более того, когда Юрий Мефодьевич Соломин вместе с Виктором Ивановичем Коршуновым перетащили меня на дневное отделение, я сопротивлялась как могла, мне надо было работать, наша семья жила очень скромно. Но они помогли мне найти работу, а со второго курса я получала именную стипендию имени Хмелева, которая, как потом выяснилось, была выше, чем моя будущая зарплата молодой актрисы. Так что, даже в материальном плане я только выигрывала. Коршунов, говорил мне: «Ты начнешь играть после 50 лет. Сумей только не растерять себя». В этом возрасте я и пришла в Малый театр, коллеги шутят: «Вот и все. Вот ты и заняла свое место». Однако перед этим я уже побывала в стольких интересных ситуациях и положениях, с гастролями объездила полмира, много интересного сыграла в кино. Но вот настали 90-е годы. Вы, конечно, знаете, что это такое для нашей страны. А у меня в то время были на руках ребенок, больная мама. И меня как ту шлюпочку в океане подобрали, накормили, обогрели. Но и после этого там, наверху, кто-то не дремал. Настрадавшись, намучавшись, я была в то время благодарна за все, что мне давали, — будь то эпизод или ввод. Но случилось непредвиденное. Спектакль «Дядюшкин сон» театр повез на гастроли в Казахстан, а гастроли были на правительственном уровне, о срыве не могло быть и речи. Однако ведущая наша актриса Элина Авраамовна Быстрицкая поехать по каким-то личным причинам не смогла. Вызывает меня наше руководство, и Виктор Иванович Коршунов говорит: «Родной (есть у него такая присказка), надо сыграть «Дядюшкин сон». Я в ужасе: трехактная пьеса, 75 страниц личного текста у моей героини Марии Александровны Москалевой. А у меня всего шесть дней. Но опять-таки кто-то свыше сказал: надо! И я не отказалась, каким-то образом все это выдержала и сыграла подряд даже 10 раз. Это были совершенно незабываемые спектакли. Они сразу перевернули и меня, и мою жизнь, и ситуацию. А дальше все пошло как по накату. И Виктор Иванович Коршунов произнес тогда историческую фразу: «Родной, вот ты и заняла свое место».” Людмила Полякова ____________________________________ Уважаемые читатели, не пропустите новые публикации 💖 Станьте участником нашей группы, нажав Подписаться

Сколько уже говорила - надень шорты или джинсы, для дома специально купила. Вроде нормально зарабатывает, с приличными людьми общается, а дома как мужлан. В ресторане ему невкусно, на приёме - скучно. И не старый вроде, но лоска нет, модные вещи носить не умеет. Мужлан и есть! - Глядя на мужа подумала Элла, правда без раздражения и злости. Зря надеялась, что он изменится, да может и ладно? Сама же Элла смотрела ему прямо в глаза и говорила воркующим голосом, - Да опять Ульяночка к подруге уехала, дня на три вроде, - и мужу очаровательно улыбнулась, подставив щёчку для поцелуя, - Влааад! А ты руки то мыл? Иди вымой, ты же с дороги, а может быть вечером к Ковалёвым сходим? Они опять звали, - и Элла деланно надула губки. Мужа она любила, но ей так и хотелось его под себя переделать. Владислав Гурьевич, глядя на жену, усмехнулся - да-а-а-а, вот что значит жениться на женщине намного моложе себя. Вроде ведь всё хорошо, но ... Мать его дочери Ульяночки родами померла, они в деревне жили. Поначалу бабки с дочкой ему помогали, а потом он Эллу встретил. Случайно В простом сарафанчике на берегу их реки - они с Ульяной поехали купаться, а тут ОНА с подругой. Владислав с дочкой в мячик играли, мяч укатился в сторону девушек, Ульяночка к ним подбежала. Элла ей кинула мяч и рассмеялась, - Держи! Ульяна ей обратно, потом подружке её тоже, так и кидали, пока к ним Владислав Гурьевич не подошёл, - Ну что, девчонки, весело у вас, можно с вами? Примите? Все трое давай хохотать, у Эллы в глазах смешинки, а что ж, Владислав Гурьевич мужик видный, спортивный, да и молодой. И всего-то ему под сорок тогда было. А Эллочке - двадцать три. Они поначалу с Ульяночкой очень хорошо ладили, девчонки же, нашли общий язык. А уж как Эллочка с ним, с Владиславом, ладила! Ой-ёй-ёй! И мужланом он ей тогда не казался. Он уж и позабыл почти, как это бывает, а тут такое, в общем по любви они поженились, и до сих пор всё у них хорошо, особенно ночью. Да только детей пока нет, а уже девять лет как женаты. Дочка Ульянка совсем стала взрослая скоро девятнадцать, но вот у них с Эллой что-то раздоры пошли. Да и какая она мачеха, Элла? Ну ё-мое, сама ж материнства не познала - жалел он Эллу. Конечно, не мать, но по своему она Ульяну любит. А все её мысли Владислав по глазам видит. Знает, что и мужланом его считает, многое он замечает. Но есть то, что не сыграть. Элла в трудную минуту весь свой пафос забывает. Ульянка как то болела сильно, так Элка от неё ночами не отходила. А так да, Элла пофорсить любит, повыпендриваться. Муж ведь у нее три года как начальником заделался, Владислав и сам не ожидал, что его назначат. Так что, выходила якобы за солдата, а теперь генеральская жена, ну это образно. - Ты меня, Элла, Владом не зови, не думай, что привыкну, не дождешься, - Владислав Гурьевич смачно откусил пол зубчика чеснока, поддел вилкой ломтик сала, и зачерпнул деревянной ложкой горячий бордовый борщ со сметаной. Любит он есть деревянной, она не горячая. Эххх, вкусно Элка готовит, - Мать меня Славкой кликала, Славой и зови, имя хорошее. Дед мой тоже был Владислав Гурьевич, а батя - Гурий. Вот родишь мне сына, тоже Гурием назовем. Сейчас такие имена в моде, так что, не томись, Элла, всё у нас получится. Только не заставляй меня семьями дружить с руководством. Я в этой команде чин не самый высокий, для меня это потолок, не их я поля ягода. И не буду никогда. Элла рукой щеку подпёрла, слушает. Ээээх, своего бы ей дитя, переключила бы мысли, женщиной, матерью бы стала. Владислав Гурьевич доел борщ, Элла ему кусок отварного мяса выложила на тарелку и ломтики жареной картошки. Ждала, наготовила, Владислав попробовал, - Эллочка, ну сразу чувствую, что я дома! А Ульяна с чего это вдруг у подруги? Не поладили что ли опять? Эх, девки, отец в командировке, так сразу раздрай! Он отложил ложку, обнял жену, и с Эллы тут же вся надуманная спесь и слетела, Ну даже если немного и мужлан, и что? Да пусть они так и думают, им бы такого мужика найти! Завидуют, вот и болтают невесть что, - решила Элла. Старые знакомые до сих пор в шоке, что Эллочка вышла за простого тогда ещё работягу, да ещё и с ребёнком. Вот и капают ей периодически на мозги, что они не ровня. ******************************** Ульяна жила у подруги Алинки на даче. Дома с Эллой стало просто невозможно, она стала нервная какая-то, а ведь ещё недавно они были как подруги. Включила мамочку, молодая слишком, Ульяна не могла её в этой роли воспринимать. Погода была отличная, решили пойти на карьер искупаться. Там песочек, почти как на курорте. Наплавались, сели у воды позагорать. Алинка что-то про своего парня рассказывала, а Ульяна кивала ей лениво, на природе её разморило после купания. И наблюдала за девочкой, что с мячиком купалась. Даже вспомнила, как они с Эллой в такой же чудесный день познакомились. Правда Ульяна была постарше, чем эта девочка. Девочка бросала мячик на воду и смеялась, за ней наблюдал парень с берега. Потом к парню подошли знакомые, он отвлекся. А девочка легла на мяч, обхватив руками, и крикнула, - Смотри, я плыву! Поплыла, но мяч из под неё выскользнул, а она испугалась, хотя там и не глубоко. Ульяна подскочила, помогла ей подняться и выйти из воды, но она плакала. - Василиса, ты чего? - парень схватил её на руки, - Я же тут, на секунду отвернулся! - Паа-ап, я плыла и упала, - всхлипывала девочка, - А мой мячик уполыы-ы-ыл, - от обиды она опять расплакалась. Ульяне стало её и жалко, и смешно, такая милая! Она зашла в воду, догнала мяч, вышла и вернула его девочке, - Держи, и больше не теряй, и не плавай одна, только с папой и с мамой, поняла? Малышка кивнула, слёзы тотчас высохли, - Да! - она смотрела на Ульяну так, словно она фея. - Спасибо, - парень взял девочку на руки, - Ну что, держись крепче, пошли домой! - и пошёл, а девочка помахала свободной ручкой Ульяне. - Это Артём со своей дочкой Васькой, хорошенькая, да? Он один её растит, представляешь? Недалеко от нас живут, его девушка в роддоме от ребёнка отказалась и уехала. Артём забрал и растит её вместе с матерью своей, - обьяснила Алина. - Сбежала? От своей дочки? - не поверила Ульяна, - А рожала зачем? - Да кто ж её знает, они встречались, Артём ей замуж предлагал, не любила его наверное, разве таких поймешь? - махнула рукой Алина. На следующей день уже на подходе к карьеру Ульяну чуть не сбила с ног Василиса, - Уррррра, ты пришла, будешь со мной купаться? Алина насмешливо покачала головой, а когда увидела Артёма, несущего им лимонад и мороженое, присвистнула, - Ну вот мы и приплыли, кажется кто-то кому-то приглянулся! Когда Ульяна уезжала, Артём попросил её номер телефона, а Василиса плакала и не хотела её отпускать. Дома Элла и отец были какими-то загадочными, Элла звала теперь отца Славой, так, как его бабуля называла. И вообще что-то изменилось, а через месяц Элла смущенно сообщила Ульяне, - Представляешь, у тебя скоро будет брат или сестричка! А потом спросила как-то заискивающе, - Уля, а ты моего малыша будешь любить? Ульяне вдруг стало жалко свою молодую мачеху, словно та была её младше и не умела сказать о том, что хочет, чтобы у них была дружная семья. И Ульяна порывисто обняла Эллу, вспомнив, как та жалела её, и кормила, и утешала, и похоже понимала и боялась, что не будет она Уле матерью, не сможет. - А мне парень нравится, - вдруг проговорилась ей Ульяна, сама даже не знает, и как она так проговорилась! - Он мне звонит каждый день, а у него дочка есть, ты представляешь, Элла? И Элла вдруг обняла Ульяну, и взглянула на неё не как обычно шутливо, а иначе, почти по матерински, - Да уж конечно представляю, Уля, но это... это очень непросто, ты пойми, лучше не начинать встречаться, если чувствуешь, что это тебе не по плечу! - Я не знаю, но мне Артём очень нравится. Он такой сильный, мужественный, меня к нему тянет! Он надёжный, понимаешь? А Василиса, она плакала, когда я уезжала. Я ведь такая же была, Элла! - пыталась объяснить Ульяна, а Элла кивала ей, а сама думала, как же всё это ей понятно... - Да какие же вы мачехи, а? С ума с вами сойдешь, одна ещё матерью не стала, а теперь и ты, Ульяна! - бушевал Владислав Гурьевич. Потом повернулся к Артёму, прищурился, - Ну смотри у меня, парень! И мужчины пожали друг другу руки, причем Владислав Гурьевич смотрел на Артёма строго, словно предупреждал, Артём же - вызывающе! *********************************** Маленький Гурий обожает сидеть на руках у старшей сестры. Ульяна качает братика, - Смотри, воо-о-т наша мама идет! Наша мама, - Ульяна примеряет это слово на вкус, она его никогда не говорила раньше, и ей нравится, - Ма-ма! Иди к нам скорее, мы тебя ждём! Элла смотрит на падчерицу вопросительно и одновременно любуется и Ульяной, и сыночком. Да, мама, а почему нет? Она стала это чувствовать и это ощущение заполнило её с рождением Гурика. И теперь ей стало казаться, что и Уля её дочка. Конечно её, а как же, ну а чья ещё. Ведь это она, Элла, была с ней всегда. Конечно её. - Мама пришла, видишь, Гурик? - Ульяна передала малыша Элле, и не удержалась, приобняла её, шепнула, - Спасибо тебе... Это Василиса уже зовет Ульяну мамой, ей легче, она маленькая. А Ульяна пока не готова, но она счастлива, что у неё есть отец, и Элла, и Василиса. И конечно Артём, он немного похож на отца, Элла смеётся, - Пошли наших мужиков кормить, они с работы пришли. И для Ульяны в её жизни теперь всё правильно, всё сложилось, как ей было надо. Когда чувствуешь, что это твоё, родное, можно смело идти с родными по духу рука об руку. И так и должно быть, когда в доме царит любовь. Автор: Жизнь имеет значение ____________________________________ Уважаемые читатели, если вам понравилась история, приглашаем подписаться на нашу группу, чтобы не пропустить новые публикации 💛

История началась самым обычным осенним утром. Привычно проснувшись в пять утра, а дело было в пятницу Марина вышла на кухню и взялась за дело. Яйца, вода, молоко и мука. Взбила тесто. Расставила четыре сковородки. Добавила в готовую жидкую основу мытый изюм, сыпанула немного корицы, чуть-чуть коричневого сахара. И капельку соды. Горячие сковородки дождались. Зашипели на чугуне первые будущие блинчики. Только успевай переворачивать. А в редких промежутках – себе кофе налить, зубы почистить. Марина жарила, думала о своем. Разумеется, на кухне стало жарко – хоть и форточка нараспашку. Ее сыновья и муж еще спали. Тут сверху и донесся капризный громкий голос мальчика. Новые соседи приехали пару месяцев назад. Но ни с кем не общались. Не здоровались. И Марина их не знала, хотя и видела сколько-то раз. - Папа, закрой окно! Я щас слюнями захлебнусь. Ну, пожалуйста. Марина прислушалась. Мальчик повторил свою просьбу громче. Бабахнула форточка. Настала тишина. Но Марине наоборот стало громко на душе. Внутренний голос завел песнь о том, что блинов на столе много. А соседского мальчика, хоть она и не знакома, вполне можно угостить. Что там ест этот ребенок, живущий – если Марине не изменила наблюдательность, с очень старой бабушкой и отцом? А? Она решительно наложила десяток блинов на яркую тарелку, завернулась в длинный махровый халат, опоясала обширную талию, влезла в короткие теплые чуни, как раз, чтобы за почтой в подъезд выйти их и держала в прихожей. И потопала наверх. Позвонила в дверь. Взъерошенный высокий узкоплечий сосед покраснел. Стал извиняться и отказываться. Но тут под рукой у него стремительным маленьким хорьком прошмыгнул бледный мальчик – сын. Схватил угощение, пробурчал что-то издалека уже с набитым ртом. Жевать начал еще по дороге на кухню. Марина пожелала доброго утра и ушла. Сосед переминался с ноги на ногу на пороге и бубнил, что ему неловко… И как же можно… И он не должен… Но… — Никаких но! – отрезала Марина. И ушла к себе. Вечером сосед пришел вместе с сыном, принес плохо отмытую скользкую от масла тарелку. Поблагодарил. Марина не поняла как, но за их семейным поздним ужином оказались и отец, и пацан. Стали заходить пару раз в неделю. Носатый тощий Игорь – так звали папу, приносил с собой разные бананы, апельсины. Ел мало, было видно, что стеснялся. Норовил оставить сына поужинать одного. А потом возвращался за ним. Вскоре Марина выяснила, что Игорь вдовец. Готовить не умеет. И старая бабушка его покойной жены, и ее сын от первого брака перебиваются самой простой едой. Творог, яйца вареные, каша из пакетиков. Марина вдумалась в ситуацию не сразу. Бабушка покойной жены, и ее сын от первого брака. А где родной батя? Где другие родственники. Исчезли с горизонта, как только Галя слегла. Она болела около трех лет. Им всем тогда пришлось несладко. Игорь не был размазней. Хотя и не призвал на выручку никого ни со своей стороны, ни с Галиной. Не вышло. Но не смог бросить старушку и пацана, который уже давно звал его отцом. В этой ситуации Игорь жил с напряжением, общей усталостью и подступающей готовностью слететь с катушек. Красные от недосыпа глаза как бы намекали, что ему несладко. Да и голос срывался в разговорах… Бабушка много плакала. Пацан дерзил и плохо учился. Скверно жилось всей этой странной компании. Три человека под одной крышей. Три разных фамилии. Марина решила помочь просто от щедрости натуры. Предложила готовить на обе семьи. Игоря и его подопечных она сразу и громко стала называть семьей. Ваша семья. Наша семья. Итак, Марина постановила считать деньги за продукты и питаться сообща. Треть суммы вносит Игорь, две трети вкладывает в кормовой бюджет семья Марины. И всем в этой ситуации норм. Ей разницы почти нет. А старушка, у которой все из рук валится, и пацан хоть есть будут нормально. Поначалу Игорь пыхтел и сопротивлялся, ворчал, пытался доплачивать за труд, был филигранно послан, угомонился. При этом дружить с мужем Марины он не умел. Мужчины друг друга не очень воспринимали. Но хоть не ссорились. Уже хлеб. Да, нагрузка на Марину увеличилась. Но не в два раза. Хорошие хозяйки поймут. Зато старушку и пацана через месяц было не узнать. Оба с румянцем на щеках. Подобревшие. Повеселевшие. Бабушка стала меньше пыхтеть. Муж Марины отремонтировал ей радио. Нашел какую-то подходящую волну. Бабушка взялась слушать музыку и анекдоты. Читать она не могла, глаза видели очень плохо. Но градус ворчания сильно притушила. Потом Марина научила Васю мыть посуду, полы, протирать плиту. Он пытался фыркать, что мол не девчонка. Но Марина это пресекла. Куда деваться, если папе некогда, а бабуся старая? Не развалишься. И вообще, лучшие повара в мире – мужчины. Вася не поверил. Марина сказала, что это факт. Легко проверяемый. И вообще. Вася поискал в школьной библиотеке. Интернета и компьютера у них дома не было. Чуть позже появились. Вася сомлел. То ли его картинки изысканных блюд в кулинарных книгах вдохновили. То ли он уже и сам втянулся. Но Марина скоро получила поваренка. Не просто помощника, а шустрого, деятельного, толкового. С хорошей памятью и умными руками. Игорь в первый раз не поверил, что ест борщ, приготовленный сыном. Коряво похвалил. Поцеловал в макушку. Сказал, мол, спасибо, сынок. Васю прорвало. Он громко, даже очень громко заревел. Сыновья Марины утекли из-за стола. Муж ушел курить на балкон. Вася давился слезами. Игорь пытался понять, что случилось. Разобрались. Мальчик сказал, что Игорь его сыном не называл ни разу. А он… он ждал. И уже отчаялся. Игорь развел руками. Мол, ну… так вышло. Что же теперь. Прости. Вася кивал. Марина сунула ребенку платок. Постучала кулаком по лбу Игорю. Не больно, не обидно, но вдохновляюще и отрезвляюще. Отправила мальчика умываться. Чуть позже все пили чай. Ели блины с вареньем. Их тоже Вася напек. Игорь неумело хвалил ребенка. И активно жевал. Блины и правда получились вкусные. Семья Марины за представлением наблюдала с полным восторгом. Мальчики и муж даже съели меньше обычного. У младшего сына глаза горели. Марина еще подумала, надо же, сколько любопытства с интересом. Будто журналист какой — добычу почуял. И вот-вот вопросы задавать начнет. Погрозила ему. Медвежонок – семейное прозвище Мишки — покивал. Маму послушал. Согласился не отсвечивать. У Игоря, Васи и бабушки, на самом деле, конечно, прабабушки, но кому какое дело до таких точностей? — с того вечера все окончательно стало налаживаться. Не сказать, что пацан вышел в отличники. Но вызывать в школу Игоря перестали. Бумаги он через некоторое время переоформил с опеки на полноценное усыновление. Количество фамилий в семье сократилось с трех – до двух. Сияющий Вася сгоряча пообещал папе пятерки. Никто не поверил. Ну и ничего страшного. Бабушка жила еще довольно долго. Но до последнего двигалась. Не слегла. Машинку для белья Игорь прикупил. Так что стирка тоже перестала быть проблемой. Несколько разведенных подруг Марины на Игоря поглядывали. Но не складывалось. Он в итоге женился на медсестре из поликлиники. Которая к ним забегала делать старушке уколы. Только тогда совместное питание семей и прекратилось. Но меньше общаться не стали. ЗЫ: Младший сын Марины и Вася дружат до сих пор. Один почти вышел в шеф-повара. Вот-вот. Еще шаг и все сложится. Второй тренер в спортшколе. Игорь со своей медсестрой родили еще пару девчонок. На одной из них Мишка скоро женится. Традиционные пятничные блины на две семьи пекут по очереди: то Вася, то Марина... Автор: Наталья Шумак и Татьяна Чернецкая ____________________________________ Уважаемые читатели, если вам понравилась история, приглашаем подписаться на нашу группу, чтобы не пропустить новые публикации 💛