Жизненные Истории

Вот вроде ерунда, но осадочек остался… Через пару дней Катя зашла на страницу мужа уже совершенно сознательно. Проверить хотела, не объявилась ли снова эта Мэри. Открыв страницу, Катя увидела знакомый запрос. Вот тут она здорово напряглась. Кто такая эта Мэри? Почему так настойчиво хочет попасть к Косте в друзья? Может, он знает эту женщину? Вдруг они давно знакомы или… даже встречаются? Словом, накрутила себя Катя по самое некуда. И решила все выяснить. Вопрос: как? На этот раз отклонять запрос она не стала, а вот на страничку этой самой Мэри зашла. Однако, ее ждало большое разочарование: страница была закрытой, информацию могли посмотреть только друзья. «Ладно, подожду, – подумала К

В Питер Лена приехала вместе с подругой Надей, которая и подбила её покинуть их маленькое захолустье. Поначалу девушкам здесь очень нравилось: красивый город, старинные здания, своя особенная атмосфера. И даже дождь не мешал наслаждаться городом. А потом радужное настроение закончилось и начались неприятности. С Надей они снимали совсем недорогую комнатку в трёхкомнатной квартире. Пока они не устроились работать, это место было настоящим спасением. В других комнатах жили двое парней и ещё одна девушка. Компания близких по возрасту людей сложилась тёплая, весёлая, но временная. Уже через месяц, после того как Лена с подругой поселились в этой квартире, их буквально выставили на улицу. А слу

– Как ты можешь? Она мне свекровь, не родной человек, но для тебя родная бабушка. – Бабушка? – Маша сощурила глаза, как делала всегда, когда начинала злиться. – А где она была, когда её сынок бросил нас? Когда она отказывалась со мной сидеть? Со своей родной внучкой? Она тебя не жалела, когда ты бралась за всё, чтобы заработать лишнюю копейку… Тебя же и обвиняла, что муж ушёл… – Прекрати немедленно! – взвизгнула мама. – Зря я тебе всё это рассказала. – Мама вздохнула. – Я плохо тебя воспитала, раз в тебе нет жалости к ближнему, к родному человеку. Мне страшно. Когда я состарюсь, ты ко мне тоже будешь так относиться? Что с тобой? Ты же всегда доброй девочкой была. Ты не могла пройти мимо бр

Лиза приподнялась немного и увидела пожилого мужчину лет семидесяти. Его голубые глаза, почти бесцветные, лучились от доброты. Борода седая доходила до груди, а одет он был в старый поношенный пиджак, который висел на нем, как балахон. — Где я? — Дак, в телеге, — он почесал голову. — Что я здесь делаю? — она присела, пытаясь справиться с головокружением. — Дак я подобрал тебя у дороги. Еду, гляжу — мать честна! Лежишь! А рядышком еще трое. Но не жильцы… — он горестно вздохнул и покачал головой. — Ты дышала, вот я тебя и взвалил в телегу, да в село повёз. Ох, спиной опять намаюсь. — Далеко мы отъехали? Где мои мама, папа, где Сонька? — Ежели те трое из твоих, дак помёрли они. Далече мы уж про

Марина работала в школе учителем, Вадим тоже трудился здесь же. Максим ходил в детский сад. Однажды вечером они сидели дома перед телевизором, ничего не предвещало беды. Вдруг, где-то прогремело. — Что это? – Марина вскочила, и посмотрела на мужа. В комнату вбежал Максимка. Вадим ничего не успел ответить, дом начал рушиться. Было очень страшно, стены и потолок просто складывались. — Вадим, Максим, — кричала женщина. Это казалось, что все происходит медленно. На самом деле все произошло в считанные минуты. И вот на улице уже собралась толпа людей, приехали спасатели. В подъезде взорвался баллон с газом, половина дома просто сложилась. Тех жильцов, чьи квартиры остались целыми, быстро эваку

Уж третий год она жила в городе. Теперь вот и набережная похожая была рядом, и на море она уж ездила с Иркой. Вот только прекрасного широкоплечего никак не находилось. И где его искать-то? Это оттуда, из села казалось, что в городе замуж выйти легко. Удалось же Ленке Артюхиной. Вон какого себе отхватила – военный, офицер. Живёт теперь, как барыня. А она чем хуже? Она любовалась собой, проходя по экранным улицам-витринам. Казалось, это и не она совсем, а кинодевушка, снисходительно и загадочно улыбающаяся своему отражению. И, чудилось, что все у этой девушки хорошо – и мохеровая шапочка, и короткое пальто и расклешенные кремпленовые брюки. И даже сумочка с бахромой придавала её шагам некую

— А ты думаешь, он так далеко зайдёт? — Тебе всё кажется, что Серёжка маленький. Алла, ну а если это любовь? — Кака така любовь? Скажешь тоже, Боря, это же тебе не фильм, — это жизнь, реальная, — жена развела руками. — Мне кажется, ты раньше времени нагнетаешь, вот приедет сын знакомить нас с невестой, там и посмотрим. Сын почти полгода уже встречался со своей избранницей, ездил к ней в деревню и был в восторге. Ему нравилось там всё. Даже помогать по хозяйству. А вот знакомить родителей со своей девушкой не спешил. Алле хотелось, во что бы то ни стало, произвести впечатление на Настю, показать, что Михайловы очень даже с традициями, кого попало в семью не принимают. Мать даже сначала

— Катюш, утро доброе. Держи, — схватив проходящую мимо подругу за рукав кислотно-зеленой куртки, Нина уже привычно сунула ей в руки кулек с теплыми пирожками. — О, спасибо, — если и способно что-то отвлечь студента с хроническим недосыпом ото сна, так это сытная и вкусная еда. Работающая в пекарне Нина знала это, как никто другой. Поэтому со смены каждый раз несла подруге вкусную еду. Да и грех было не принести. Если бы не Катя – черта с два бы Нина могла нормально учиться в этом чертовом университете. И ведь дернул непонятно кто за язык согласиться, когда на работе предложили повышение, ради которого надо было в обязательном порядке получить высшее образование. Вот зачем ей это кресло

Тот бросился в ванную комнату. Здесь чисто, всегда есть мыло и чистое полотенце. Он умылся и расчесался, чтобы понравиться тёте Ире. Когда зашёл на кухню на столе его ждала мятая картошка и котлета. Ребёнок с жадностью набросился на еду, а женщина смотрела на него вытирала слёзы: «Почему так несправедлива судьба? Мне так хочется сына, а нет ни мужа, ни ребёнка. Разве я виновата, что родилась некрасивой? Зато у этой красавицы Земфиры сын всегда голодный, а она неизвестно где гуляет». — Где твоя мама? – спросила, убирая со стола грязную тарелку. — Вчера мама на работу ушла, — стал рассказывать мальчишка. — На улице дождик был, и я весь день сидел дома. Пришла ночью, а сегодня утром опять н

Рядом с местным автовокзалом стояли Жигули, а рядом крутилась девчонка лет двадцати, может меньше. Деловая такая – ни на кого не смотрит, зеркала протирает, как заправский водитель. А сама как воробей: маленькая, с короткой стрижкой, в джинсиках, в легкой ветровке салатового цвета. Максиму стало смешно: получила права и строит из себя шофера. Сам-то он еще не успел, хотя давно собирался. Ему двадцать четыре. Три года как живет в Подмосковье, а здесь у него малая родина, родители здесь. Но вот насчет родителей – как вспомнит, так настроение портится. Уехал три года назад на стройку, хотелось страну посмотреть, так и задержался. Понравилось. Платят хорошо, Москва рядом. Быстро привык к столи